Раскрываюсь с новой стороны, вдыхаю морозный воздух полной грудью. Действую ловчее, начинаю чувствовать лыжи по-настоящему, будто часть себя воспринимаю.
Необычное ощущение. Странное. Новое. Почему-то рядом с этим жутким амбалом я становлюсь смелее и ощущаю себя абсолютно иначе. Тянет на подвиги.
Я забываю про страх.
Какая удивительная ирония: перестать бояться, пребывая настолько близко к тому, кто и является источником жесточайшего ужаса. Однако именно его руки поддерживают меня всякий раз, когда практически падаю.
Именно он подхватывает и оберегает.
Виртуозная игра. Не более. Но я не могу не признать очевидный факт: этот чудовищный мужчина проявляет постоянную заботу.
Амир лично подбирает лыжи, примеряет на меня несколько разных пар, причем отказывается от моделей, которые сдаются в аренду. Выбирает только новые, подороже. А я стараюсь не смотреть на цену.
Он возится со мной долго и терпеливо, обращается как с непослушным ребенком, объясняет и наглядно показывает все снова и снова, пока суть не доходит, пока не умудряюсь повторить и воплотить его указания и советы с идеальной точностью.
Другой бы наплевал и забил, забыл о дурацкой идее чему-то обучать такую глупую и нерадивую студентку. Но этот не сдается. Гранит. Кремень. Крепче скалы.
Стыдно признаться, однако мне хочется почаще ошибаться. Совсем немного, чуть-чуть, но хочется. Ведь тогда сильные руки моментально дотрагиваются до моего тела, их огненный жар ощущается сквозь немыслимое число слоев одежды.
Пожалуй, все дело в горах. И в большом количестве свежего воздуха. Я попросту дурею от огромного количества впечатлений. От чувства опасности, которое щекочет кожу, подстегивая нервные окончания. Вспыхиваю и завожусь от самой атмосферы.
Верно? Правда?
— Ладно, — милостиво заключает Амир. — Можешь отдохнуть."
"— Серьезно? — удивляюсь, чуть дышу от изумления. — Да я только во вкус вошла, только распробовала процесс. Нет-нет, мы должны это продолжить и довести до конца!
Он смотрит на меня как-то странно.
Долго и с пугающей ухмылкой. Скалит зубы, в момент отрезвляет и возвращает обратно в реальность.
Его смущает мой энтузиазм? Запальчивость? Что же, я не всегда пребываю в амебном состоянии, порой довольно быстро загораюсь определенной темой и тогда подхожу к вопросу со всем возможным воодушевлением.
Пусть привыкает к изменчивому характеру.
— Еще пару минут покатаешься — завтра вообще не встанешь, — заявляет Амир. — Во всем мера нужна.
