Взять и разорвать отношения с моим громилой, как будто я сумею ему преспокойно заявить о завершении нашего романа и скрыться без последствий.
И вообще — почему я вдруг должна поступать подобным образом? Может, я не хочу уходить. Особенно если повсюду бродят «Лютики» разных сортов и даже мой прежде мирный бывший оказался тем еще сюрпризом. Глупо подвергать себя опасности, да и не хочу я уходить. Просто не хочу. Пусть попробуют заставить. Пусть рискнут.
Автомобиль притормаживает возле высоченного забора. Рефлекторно льну к окну, пытаюсь разглядеть детали.
Проклятье, ничего себе. За внушительной оградой скрывается реальный замок. Будто ожившая сказка, жуткая и мрачная, жестокая.
Красиво, сразу завораживает, вышибает дыхание. Но страшно, вот прямо чертовски страшно. Плохая энергетика у этого места. Ощущение, точно здесь на протяжении долгих столетий терзали людей, пытали и насиловали, убивали. Мороз по коже.
Хотя откуда я могу знать такое? Только догадываюсь. Возможно, замок этот отгрохали пару лет назад.
Хм, не похоже. Сейчас другая мода, новые веяния, дизайн иной.
Дверца открывается. В салон врывается ледяной воздух, но меня тут же сковывает жар, тягучей волной накрывает, оплетает по рукам и ногам, моментально изгоняя холод.
Амир усаживается рядом. Его огромная фигура заполняет собою все пространство. И я разом забываю и про замок, и про пугающие фразы Призрака.
Может, ничего этого нет? Совсем? Может, мне почудилось? Игра воображения. На самом деле, есть только он и я. Все.
Больше никого и ничего. Мир вокруг перестает существовать.
Амир рявкает что-то. На своем языке, который мне абсолютно неизвестен. Наверное, пора взяться за изучение. Непонимание начинает конкретно напрягать. Кажется, я очень многое упускаю.
Громила никак не реагирует на меня. Если и задевает взглядом, то исключительно по касательной. Вроде как — я тут, на месте, никуда не делась. Ну, и нормально. Хватит внимания.
Он на взводе. Злой. Нет — злющий. Готов всем своим бугаям шеи свернуть.
И меня порешит, не раздумывая, когда под горячую руку попаду. Исходящая от него ярость ощутима на физическом уровне. Подавляет, загоняет в капкан оцепенения.
Молчу, не отваживаюсь спрашивать. Лишь отмечаю, что мы опять не домой едем. Дорога ведет в ином направлении. Но сейчас лучше не лезть на рожон. Стараюсь дышать тише, вжимаюсь в сиденье.
Амбал мрачен. Губы застыли в кривом оскале. Дыхание сбитое, рваное, точно он из последних сил гнев пытается обуздать.
