Озвучивая это пугающее предложение, громила не совершает ни единой попытки завладеть моими ягодицами, смять плоть в привычной манере, стиснуть до синяков. Однако впечатление такое, будто его громадный орган уже вбивается внутрь.
— Я согласна, — роняю, едва ли слыша собственный голос.
— Охренеть, — громила хохочет. — Ну ты и блаженная. Пиздец. Ради чужой девки готова зад порвать. По ходу я могу еще пару заказов сделать. Зачем себе в кайфе отказывать?
— Ладно, — сглатываю, добровольно соглашаюсь на любые мерзости.
— Только помоги ей.
— А с долгом Андрея ломалась, — издевательски посмеивается. — Что же тогда его не защищала? Нормальный парень. Жизнь тяжелая. Детдомовский он. Так почему бы долг не отработать за него? Надо помогать людям.
— Андрей редкостный гад, — выдаю я. — Тут совсем другая история.
— Круто, — присвистывает. — Выходит, эту деваху ты успела отлично узнать. Сразу в лучшие подруги назначила.
— Нет, но…
— Не дергайся, — обрывает.
— Он сам о ней позаботится.
И дальше по улице меня тянет, уводит от паба прочь.
— В каком смысле — позаботится? — спрашиваю с неприкрытым ужасом.
— Бабла даст, врача вызовет, — бросает холодно. — Сам за собой дерьмо уберет. Ему проблемы не нужны. Вот пусть и разгребает эту греботню.
— Это же неправильно, — замечаю уперто. — Ненормально. Нельзя насиловать женщин, а потом отделываться деньгами и вызовом доктора. Нельзя переходить черту, даже если девушка сама себя предлагает и… черт, она наверняка просила его прекратить.
Только он точно не слушал. Ему же плевать на людей.
— Знаешь, что еще нельзя? — усмехается. — Убивать. Грабить. Торговать наркотой. Но это есть. Это происходит в нашем мире каждый день. Думаешь, кто-то изменит такой порядок? Однажды плохие парни очнутся и решат исправиться? Ради чего, бля?
— Не знаю, — признаюсь честно. — Но все равно нельзя поддерживать зло.
Амир смотрит на меня как на чокнутую. Молча качает головой и отворачивается.
Моя речь едва ли цепляет его за душу, просто вызывает недоумение и желание рассмеяться прямо в мое лицо.
Черт. Пожалуй, я и правда рассуждаю наивно, преследую далекие от реальности идеалы. Никто не может выйти из криминальной игры по щелчку. Если только это не щелчок затвора у твоего виска. Отсюда вряд ли отпускают с миром, позволяя нести в массы добро. Дикие правила. Жестокие расклады. Либо ты, либо тебя.
