Я обхожу несколько заведений и наконец нахожу такое место, где меня готовы взять на испытательный срок без документов. Устраиваюсь поваром в кафе на местном рынке. Платят копейки, зато каждый день, расчет идет за смену. Не требуется никаких справок, паспорт показывать не нужно. Подобный расклад меня вполне устраивает, к тому же, на кухне мало народа, это не работа официанта, когда постоянно мелькаешь перед потоком людей.
Первая смена приносит мне такую сумму денег, которой едва ли хватит на покупку еды, но я не жду многого.
Лишь бы продержаться. Возможно, потом найду вариант получше. Возвращаюсь в отель ужасно уставшая, вешаю пакет с продуктами на дверь, сбрасываю толстовку, оставаясь лишь в штанах и футболке, прохожу в комнату, чтобы растянуться посреди постели снова. Поясницу жутко ломит, глаза слипаются. Тянет погрузиться в сонное царство пораньше. Кажется, я опять не дойду до ванной и усну прямо в одежде. Присаживаюсь на матрас, потираю гудящие от свинцовой тяжести виски. Перевожу взгляд вперед и леденею изнутри.
- Наигралась? – мрачный вопрос будто удар кнута.
Амир стоит возле стены. Огромный. Темный. Угрожающий. Элегантный черный костюм совсем не делает моего мужа менее опасным. Наоборот. Гораздо сильнее ощущается контраст. Дикая стихия заключенная в оковы цивилизации. Бешеная энергия бурлит. Буйствует. Рвется наружу. Голодный зверь явился по мою душу, пришел забрать свою законную собственность.
Дьявол. Это конец. Всему.
Я поднимаюсь. Сжимаю кулаки. Я не покажу ему страх. Не покажу слабость.
Я буду сражаться до конца.
- Ты знаешь, как наказывают за измену, - холодно говорит Амир.
Что? Он считает, будто я… Ну конечно. Хасу. Мое вранье про беременность наверняка всплыло. Неужели ожидала другого? Сейчас придется держать роль дальше.
- Прикажешь меня убить? – смело встречаю тяжелый взгляд.
Стоп. Если супруг и правда поверил, что я изменила, последствия могут оказаться непоправимыми. Я должна защитить свое дитя. Ребенок не пострадает. Нет, нет.
- Даже не мечтай об этом, - кривая усмешка растягивает полные губы.
– Никто не посмеет тебя обидеть."
"Амир резко отталкивается от стены. Сокращает расстояние между нами за долю секунды. Оказывается настолько близко, что у меня перехватывает дыхание.
- Сам казнишь? – голос срывается.
- Глупая, - бросает, оскалившись.
Пальцы накрывают мою макушку, поглаживают обманчиво нежно, заставляют задрожать от дикой смеси жара и холода. То самое чувство, когда ласка ощущается куда больнее открытого удара.
