Никто не должен сомневаться в чистоте его происхождения.
- Камиль? – переспрашиваю одними губами.
- Я давно выбрал это имя, - замечает ровно. – «Лучший». «Совершенный». Наш сын будет именно таким. Сильнейшим из воинов. Он поставит весь мир на колени. Прославит клан Дудаевых.
Случайность. Совпадение.
Амир ничего не знает. До сих пор. Иначе бы не был настолько спокоен. Иначе бы уже размазал меня по стенам. Раскатал по земле. Прибил. Придушил.
Глаза щиплет. Влага стекает по щекам. Бесконтрольный поток эмоций.
- Ты не поверил в мою измену? – спрашиваю глухо.
- За дебила держишь, - криво усмехается.
- Нет, - закрываю глаза, очень стараюсь сдержать рыдания, сдавленно бормочу: - Думаю, ты должен узнать правду.
- Валяй, - бросает Амир. – Выкладывай.
Вдох. Выдох. Все это ощущается как выстрел. В упор. Снова и снова. Вот – разряжена целая обойма. А внутри пустота. Ничего нет. Совсем. Ну почти.
Открываю глаза. Перевожу дыхание. Ловлю пылающий взгляд.
И ныряю в ледяной омут, очертя голову.
Вниз. С обрыва. И то было бы гораздо лучше, чем это. Но выбора не существует. Или я не вижу? Пусть буду проклята. Пусть осудят. Пусть обвинят. Пусть казнят. Пусть убьют. Пусть. Я больше не боюсь.
- Амир, - улыбаюсь нервно и смазано.
Звук этого имени вспыхивает на языке. Пламенем обдает. Жжет нестерпимо. И сгорает дотла. Пепел тает на моих искусанных губах.
- Я не хочу быть с тобой. Не могу. Физически. Понимаешь? Не хочу оставаться рядом. Не хочу отдавать ребенка. Ради этого готова на любую ложь.
На любое преступление. Я же опять сбегу. Найду путь. Через неделю. Через месяц. Я снова уйду. Клянусь. И не важно, какие последствия потом будут. Знаю, мой отец у тебя в плену. Под замком. Ты можешь наказать моих родителей. Вместо меня. Только это тоже ничего не поменяет. Можешь убить всех охранников. Всех слуг. Можешь кого угодно пытать. Истязать. Ничего уже не имеет значения. Ничто меня не остановит, не заставит притормозить. В целом мире не существует никакого рычага.
Любое воздействие окажется бесполезным. Я отыщу способ вырваться на свободу. Лучше сдохну, чем подчинюсь твоим приказам. Жизнь отдам, но выберусь и дитя заберу. Мой сын – не твой наследник.
Тишина. Мертвая. Гнетущая. Цепенящая. Парализующая.
Я забываю дышать.
И он не дышит. Не двигается. Каменеет. Леденеет. Пальцы на моих плечах ощущаются точно стальные оковы.
- Я тебя не люблю. Сколько раз нужно это повторить? Мне противно. Меня от тебя тошнит.
