Чувствую подвох, подозреваю неладное, однако выразить собственные ощущения словами не могу.
- Ты бы не стал лгать о таком, да? – запинаюсь. – Ну в смысле, ты бы сказал, если бы возникла серьезная проблема. Если бы случилась беда, ты бы не скрывал, верно?
- Отец разберется, - отрезает холодно. – За себя бойся.
- Разберется? – горло перехватывает от волнения. – Что значит...
- Тебя никто не ищет, - обрывает жестко. – Жена Дудаева никуда не пропадала.
- Я не понимаю, - бормочу глухо, дышать становится сложнее. – Совсем не понимаю.
- Это позор для главы клана, - заявляет мрачно. – Побег жены, еще и в день свадьбы. По официальной версии ты никуда не исчезала, до сих пор со своим супругом живешь. А в реале все силы брошены на поиски. Рыщут везде. В каждом городе отдельная бригада по углам шарит, район за районом обнюхивают и перетряхивают.
- Но как? – поражаюсь. – Подожди. Меня же узнают. Ну по фото и вообще. Выяснят, я и есть супруга Амира. Как понимать – жену не ищут? Кого тогда в розыск подали?
- Думаешь, так много людей в курсе твоей внешности? – хмыкает.
– Еще и в других городах?
- Нет, - сглатываю. – Конечно, нет. Даже в родном городе далеко не все меня узнают. Только потом правда наружу выплывет. Тут ничего не скрыть. Допустим, поймают, доставят Амиру, тогда и станет ясно, кто я на самом деле.
- Безродная девка, - бросает хрипло. – Тебя по фоткам ищут, по приметам. Женой объявлять не будут. Просто баба, которую Дудаев готов из-под земли выдернуть.
- Хорошо, - нервно усмехаюсь.
– Но потом, дальше...
Замолкаю. Вдруг четко осознаю о чем идет речь. Не будет никаких «потом». Никаких «дальше». Когда меня поймают, наступит конец. Приговор никто не изменит. Вердикт вынесен и обжалованию не подлежит.
- Смерть, - выдыхаю сдавленно, чуть слышно бормочу: – Амир просто убьет меня. За предательство накажет. Поэтому не придется никому ничего объяснять. Людям будет наплевать на смерть неизвестной женщины, а жену он и вовсе не обязан показывать. Поймает и прикончит. Вот и выход.
Отличный вариант, чтобы скрыть свой позор и не потерять лицо.
Черт побери. А чего я ждала? Что Амир простит и поймет? Примет мой уход? Даже не заметит, не обратит внимания, пойдет утешаться в объятиях первой жены?
Нет человека – нет проблемы. Все очень просто. Мой мужчина привык решать проблемы радикально. Рубить на корню. Прежде уничтожал провинившихся охранников. Чужие ошибки не прощал, не дарил вторых шансов. Мне тоже не светит пощады. Здесь нечему удивляться.
