Женщина слабее, и всегда найдётся скот, что решит свою силу показать, или отыграться на женщине. Только одни ищут себе оправдания, почему они это приняли, а другие не позволяют себя осквернить и смешать с грязью! Почему ты не смирилась, а сопротивлялась? Почему один попал в больницу, а ещё двое и вовсе сдохли? Это ведь твоя рука нанесла те ранения. А те, у кого нет шанса на сопротивление, как не было его у Киры, уходят. И знаешь что? За таких мстят и их оплакивают! Объяснить почему? Потому что их уважают! Уважение! Вот то чувство, которое я испытывал к Кире, ещё даже не зная её.
Сочувствие, что попала в такую ситуацию без своей вины, признательность и благодарность за спасение жизни сына и уважение! Поэтому и принял её в семью!
— Вы себя слышите? Вы сейчас стоите и говорите, что после пережитого кошмара, женщина ещё и умереть должна? — это рассуждения какого века! — Хотела бы я посмотреть, как вы будете себя вести, если ваша любимая женщина переживёт насилие!
— А он уже обещал, что свою женщину сам же и обидит.
— Я сама забыла про слышимость в этом центре, и у нашего разговора были свидетели.
Услышав слова Сабира, я просто потеряла дар речи. Это что за обещания такие?
— Агиров, не переворачивай мои слова. Мой ответ на твоё пожелание не совершать ошибок в отношении со своей женщиной это не обещание. — Видимо я опять что-то не так понимаю.
Тайгир подошёл, взял меня за руку и молча увёл меня в палату.
— Мне кажется, что нам пора поговорить! — сказал он, закрывая дверь.
Глава 10.
Тайгир поступал с такой уверенностью в том, что он делает, что я сначала растерялась, а демонстрировать свою самостоятельность и независимость уже после, мне показалось глупым.
Тем более, что сама собиралась с ним поговорить.
Но стоило только закрыться двери в палату, как я почти мгновенно оказалась на коленях у сидящего в углу дивана Тайгира. Насколько я знала, на этом диване спал Амиран в первые дни после того, как Тайгир пришёл в себя.
— Ты что себе позволяешь? — попыталась я встать. — Ты сказал, что надо поговорить.
А сам, что хочешь, то и делаешь!
— Поверь, если бы я делал то, что хотел, мы бы сейчас тут не сидели. — Рассмеялся он.
— Что за безалаберное отношение к собственному здоровью!? — Возмутилась я. — Сколько раз тебе говорить, никаких физических нагрузок! Швы ведь даже ещё не сняли!
— Вот и не дергайся. — Нагло заявляет он. — Прояви заботу о своём пациенте.
— Да? У меня на текущий момент в этом центре уже более двух десятков операций.
