— Язык, блин, как жало... — бормочу недовольно я, но все-таки тяну руки нему. Мои пальцы прикасаются возле талии, затем скользят выше, задирая ему футболку, а профессор - только гляньте на него. Он будто бы и рад помочь мне, подавшись ближе, чтобы мне было удобнее это с него снимать.
Какой внезапный акт послушания. Даже смущает.
Блин. Поверить не могу, что мне позволили сейчас раздеть эту секс-фантазию большинства студенток. И пока подушечки моих пальцев скользят по бесчисленному сплетению твердых мышц, по бесконечному, горячему рельефу тела этого чудовища надо мной, задирая его одежду, я все больше и больше понимаю, что не зря по нему все равно прутся, несмотря на его заскоки в институте.
Слишком уж... хорош.
— Что за лицо, Цветкова? — профессор опускает голову и мы почти соприкасаемся лбами. Я чувствую, как его волосы щекочут мой лоб, а взгляд у него такой, будто он ошибку в дипломной нашел и радуется, что может меня завалить. С легкой искоркой подъеба. Затем я моргаю. Блин, а что у меня с лицом?! Не говорите, что я выглядела сейчас очень глупо.
— Такой вид, будто бы ты сокровище откопала.
У меня дергается нервно уголок губ.
— А можно мне такую же самооценку? — интересуюсь я. Охренеть скромняжка. “Сокровище откопала”. Это я тебя раздеваю, ненормальный. Я правда так тупо смотрелась? Почему он делает комплименты себе, а не мне? Мне бы это очень помогло, я тут с раздвинутыми ногами под ним лежу и стесняюсь.
— С твоей какие-то проблемы? — он помогает мне избавить его от одежды почти окончательно, достав свободную руку из рукава, а затем стянув через голову.
Вторую руку, которая занята мной, он не достает, и футболка так и остается висеть у него возле запястья. Я забываю, что хотела ответить ему.
М-м...
Мой взгляд против воли приковывается к его груди. У меня слабость не только на руки, но и на накачанные мужские сиськи? Будет ли странно выглядеть, если я...
Не додумав эту мысль, моя рука сама по себе тянется и ложится на его грудь, затем сжимает твердую мышцу.
Боже. Чувствую, как у меня сердце заходится. Затем кончиками пальцев веду вниз, трогая линию пресса, а в голове крутится одна мысль “Охренеть”. Вот это да. Красиво.
Затем я резко опоминаюсь и вскидываю взгляд. Профессор все это время наблюдает за моими попытками изучить его.
— Ниже тоже много чего интересного. — говорит он, а я снова загораюсь. Не думала, что могу реально краснеть лицом. — Там тоже посмотри.
— Нет, это как-то слишком для меня.
