Хочу только тебя!

— Вас что-то беспокоит?

Чертовски проницательный, Никос угадывал любую перемену в ее настроении.

— С чего это мне беспокоиться? Я только что продала самую дорогую картину на этом вернисаже.

— Вы сами сказали, что она вам нравится больше всех. Наверное, вы знаете, как ее лучше повесить? Может, посоветуете что-нибудь?

У Мишель чуть не сорвалось с языка, чтобы он делал, что хочет, однако профессиональный этикет пересилил.

— Ее надо поместить в центре широкой стены, — как бы в раздумье заговорила она. — И хорошо бы покрасить стену в бледно-голубой цвет, тогда краски картины как бы получат продолжение за ее пределами.

«Любопытно, — подумалось ему, — она так любит искусство, что даже переступила через свою боязнь раскрыться передо мною»."

"— А сейчас извините меня, — подчеркнуто официальным тоном сказала Мишель. — Мне надо кое-что проверить с моим партнером. — Она с вежливой улыбкой повернулась и пошла искать Эмилио.

— Значит, это он, — вполголоса проговорил Эмилио.

— Не понимаю, на что ты намекаешь.

— Прекрасно понимаешь.

— Я не хочу об этом говорить.

— Не хочешь — не надо.

— Черт его подери, он ведь мне даже не нравится.

— Угу… Да только какое это имеет значение — нравится, не нравится?

Мишель что-то буркнула себе под нос, а Эмилио тихонько рассмеялся.

— О, Стефани! — Это был снова голос делового человека, владельца художественной галереи, исполненного готовности помочь и при этом не лишенного некоторой сентиментальности. — Как вы поживаете, дорогая?

Мишель с самым радушным видом включилась в разговор.

— Полный успех, cherie, — обратилась к дочери Шанталь, когда та подошла к родителям. — Мы гордимся тобой.

— Мы оба горды. Выставка просто потрясающая! — воскликнул отец.

— Спасибо, papa. Вы пристрастны ко мне.

Этьен с улыбкой наклонился к Мишель и поцеловал в щеку.

— Естественно.

— Мы устраиваем завтра небольшой прием.

«Небольшой прием» в устах Шанталь означал, что будет приглашено человек двадцать — тридцать, на террасе гостям предложат разнообразные напитки и незамысловатые, на первый взгляд, а в действительности самые что ни на есть изысканные закуски.

— Нет, татап, — на лице Мишель было написано огорчение. — Я буду занята.

— Какая жалость! А мы пригласили Никоса с Саской… Я думала, ты придешь с Эмилио.