- Егор, что ты такое говоришь? - тут же возмутилась родительница, но умолкла, когда я смерил ее красноречивым взглядом.
Она тут же стушевалась, но поле боя покидать не стала - обратилась уже к Лебедевой:
- Может, я пока с девчонками поиграю в песочнице? - кивнула на детскую площадку.
Ага, сейчас, держи карман шире, бабуля. Самый минимум, на который тебе придется рассчитывать - если Ева просто откажется. Но я бы на месте Лебедевой высказал все, что думаю о создавшейся ситуации.
Так думал я ровно до тех пор, пока Ева не ответила удивительно спокойным голосом:
- Хорошо, Татьяна Олеговна.
Но не больше десяти минут - мы с Марусей торопимся домой. И пожалуйста, никакой информации, которая может травмировать ребенка, - с нажимом добавила Ева.
- Что ты, что ты, Евочка? Я поболтаю с ними об игрушках. Знаешь, я очень много времени провожу с Леночкой и уже выучила всех ее пупсов.
Подойдя к Марусе, мама присела перед нею на корточки и, улыбнувшись во все тридцать два, проворковала:
- Пойдем поиграем со мной и Леночкой? Моя ты крошечка!
Я закатил глаза.
Так дело дойдет до того, что маман вот-вот объявит себя Марусиной бабушкой. Вслух, конечно, произносить я этого не стал, просто стоял рядом с Евой и наблюдал за происходящим.
Маша, надо отдать ей должное, вот так просто к чужому человеку не шла. Мама уже ощутимо поникла, когда ей на помощь пришла Лена. Подошла к сестре и, взяв ее за ручку, сказала:
- Пойдем, с бабушкой очень интелесно иглать!
Мы застыли - я, мама и Ева. Смотрели на двух человечков, которые были похожи, как две капли воды, и молчали.
Что чувствовали Лебедева и моя родительница, я не знал. У меня же в груди заворочалось чувство, которого я еще ни разу не испытывал - потребности сделать все, что будет от меня зависеть в жизни, чтобы эти две маленькие девочки никогда и ни в чем не нуждались. А еще желание защитить, хотя, казалось бы, никакой опасности сейчас над ними не нависало.
Маруся выпустила руку матери, взялась одной ладошкой за пальцы Лены, второй - за протянутую ладонь бабушки.
Конечно, о том, что с этой незнакомой женщиной их связывают именно такие родственные связи, знать она пока не знала, но, судя по поведению Лебедевой, открытие правды было не за горами.
Так я снова думал до тех пор, пока Ева не повернулась ко мне, проводив взглядом дочь, удаляющуюся в сторону площадки, и, сложив руки на груди не отчеканила холодно:
- Что еще тебе - или вам - от меня требуется, чтобы ты отстал?
Фурия, как она есть.
