- Крош, что-то не так? - спросил я, когда пауза излишне затянулась.
Ева помотала головой.
- Да нет, вроде все так. И да - я не знала, что сеть этих клиник принадлежит сестре любовника Августы.
Юрист кивнул, снова пожевал кончик карандаша.
- Все, что мы пока можем сделать, - поднять все дела, связанные с эко. И тем, которое делала Августа Юлиевна, и тем, которое делали вы, Ева Олеговна. Я изучу материалы, а после выскажу свое мнение. Если Андреева попытается обстряпать все так, чтобы ее после родов признали невменяемой… Ну, это мы тоже рано или поздно узнаем.
Я вздрогнул, когда Запольский обозвал Августу Андреевой.
- Я собираюсь подать в суд на развод. Каковы шансы на то, что в этом случае моя благоверная сможет отсудить ребенка и определить место жительства Лены с нею?
Я смотрел на юриста во все глаза и то, что видел, мне решительно не нравилось. Запольский сомневался в том, что при всех вновь открывшихся обстоятельствах мне оставят дочь. Черт побери! Но ведь должен быть из этого какой-то выход!
- Егор Алексеевич, если бы ваш ребенок был рожден от вас… Тогда шансов на определение места жительства с вами было бы в разы больше.
- Но по документам Лена - дочь Егора! - возмутилась Лебедева.
- А завтра Сивацкий подаст в суд на установление своего отцовства. Это же не донорство, как в вашем случае, когда Егор Алексеевич анонимно сдал бы биоматериал. Это иное.
- Но его обманули! Он был уверен, что Лена от него!
Я невольно восхитился тем, как за считанные миллисекунды Лебедева превратилась из спокойной, даже отстраненной женщины практически в львицу, готовую защищать свой прайд любой ценой.
- Значит, будут давить на ошибку в клинике, - развел руками Запольский.
- И утопят детище сестры Сивацкого? - Ева фыркнула. - У этих людей вообще есть хоть что-то святое?
Вопрос был риторическим. Ни у меня, ни у юриста ответа на него не имелось. Мы посидели какое-то время в молчании, затем Запольский, взглянув на часы, сказал:
- В ближайшее время я затребую все копии документов из клиники и съезжу туда, чтобы ознакомиться с оригиналами.
Вам нужно будет дать мне доверенность, чтобы я представлял ваши интересы, Егор Алексеевич. Что же касается дочери Евы Олеговны, - пока мы защищены законом. Но если он будет попран - мы обратимся в суд. И в прокуратуру. Я позвоню вам, как только будут новости."
"Я кивнул и мы с Лебедевой поднялись со своих мест. Поблагодарили Запольского, после чего покинули его кабинет.
