Онлайн-библиотека книг
Её удивило, что я болею не за канадцев. — Бережно сняла крышку Меган. — Мы подружились. И дружно сорвали голоса, радуясь победе лихих парней из союза. Они тогда знатно проехались по нашей сборной.
— А ваш муж расстроился? — припомнила я то, что дедушка Йера всё-таки переживал за канадцев.
— О, поверь мне, он отыгрался за проигрыш своей команды. Через сорок одну неделю родился отец Йера, наш младший сын. — Рассмеялась Меган. — Но тогда, после игр, месяца через три, мне пришла посылка. Мы переписывались с Надей всю жизнь, она ушла через три года после Адама.
После того, как гостиная была украшена, я решила пойти помочь Йеру. Тем более, что дети оккупировали кухню, где сейчас готовились яблоки в карамели. Йер колол дрова для камина. В этой семье было принято, чтобы живой огонь горел в камине всю рождественскую ночь.
— Спасибо, — сказала я ему, когда он остановился и начал собирать дрова в стопку.
— Пожалуйста, а что я успел сделать? — улыбнулся мне он.
— Пригласил нас в свою семью, в этот дом. Я словно попала в детство. Точнее в одно из самых заветных своих желаний. — Призналась я.
— А я словно в сказке, — тихо сказал он, прижав свою ладонь к моей щеке. — Что я сейчас сказал или сделал не то? Ты вся напряглась.
— Ты тут не прич""eм. Просто однажды я уже слышала эти слова, про сказку. И та сказка очень быстро превратилась в кошмар, из которого я не могу вырваться уже много лет.
Вечером, когда шумное семейное застолье затихло, угощения были убраны, а посуда перемыта, Йер тайком утащил меня на крыльцо. Где-то в городке запускали фейерверки.
— Смотри, — показал он наверх.
— Омела? — засмеялась я. — Серьёзно?
— Ещё как серьёзно! Зря я, что ли её вешал? — ответил он, обнимая меня. — Знаешь, Элис, мы О'Донохью очень упрямый народ, и привыкли добиваться своего. Я не буду торопить нашу сказку.
И исключительно отдавая дань традиции, подарил мне долгий и нежный поцелуй.
Глава 18
Элис.
Праздники, проведённые у О'Донохью стали для всех нас подарком, приключением и открытием одновременно. Не знаю, как это можно было объяснить, но мне казалось, что сам дом и даже воздух вокруг него пропитан каким-то озорством и радостью.
