Острые сверкающие шпили, казалось, пронзали утреннее голубое небо, а заиндевевшие башенки выглядели так, словно каждую из них создала рука мастера. Что, как внезапно поняла Анна, отчасти так и было – в магическом смысле.
– Ух ты, – восторженно выдохнула Анна.
Позади придушенно ахнул Кристоф. Обернувшись к нему, Анна увидела, что парень застыл, прижав руки к сердцу.
– И это все изо льда, – благоговейно пробормотал он. – Я сейчас расплачусь.
– Давай, не стесняйся, – отозвалась Анна. – Никто тебя не осудит.
Это было сказано совершенно искренне."
"Подойдя к основанию лестницы, Анна робко поставила ногу на ступеньку и чуть надавила. «Лучше поосторожничать, чем потом жалеть», – подумала она, прислушиваясь, не хрустнет ли лед у нее под подошвой. Но ступенька выдержала, и она начала осторожно подниматься, крепко вцепившись в перила. Теперь, по мере приближения к ледяному дворцу, Анна с восторженным изумлением примечала все новые детали: покрывающую стены изящную резьбу в виде снежинок, которые сверкали и переливались на солнце, ажурный балкон слева от ворот… Ее сердце замирало при мысли о том, что Эльза сейчас где-то там, среди всей этой красоты.
Одолев лестницу, Анна остановилась у высоких стрельчатых дверей дворца. Как и все остальное вокруг, они были совершенны по форме и замысловато украшены. Весь этот дивный дворец отражал богатый и чудесный внутренний мир Эльзы, ее прекрасную душу. «Как бы я хотела, чтобы все в Эренделле увидели это место своими глазами, – подумала Анна.
– Они-то считают, что волшебство Эльзы – это проклятие, которое несет только беду и разорение. Но это лишь потому, что при них оно было выражением ее страха. А этот дворец она создавала с любовью и вдохновением. Я знаю, что такая Эльза сделала бы Эренделл лучше».
Услышав за спиной тяжелое пыхтение, Анна обернулась и увидела Кристофа с Олафом.
– Безупречно, – пробормотал Кристоф, разглядывая ледяные двери.
Анна согласно кивнула, проводя кончиками пальцев по витиеватой резьбе.
В каждом завитке узора она узнавала свою сестру. Вот эта длинная линия, сплетающаяся в петли, напомнила ей, как еще маленькая Эльза любила кружиться, радуясь, как раздувается колоколом ее юбочка. А при взгляде на маленькие изящные снежинки ей вспомнилось, как Эльза ловила падающие с неба ледяные кристаллики на язык и смеялась: «Погляди, Анна! Это снежинка-леденец!» И Анна тоже заливалась смехом и тоже подставляла язык под снег.
