Неужели она придумала себе любовь, которой не было?
– Ты ведь говорил, что любишь меня, – проговорила наконец Анна. Даже ее поразило, как слабо и безнадежно прозвучал ее голос.
Ханс глянул на нее и покачал головой.
– Тринадцатому сыну нечего надеяться на трон в родном королевстве, – сказал он будничным тоном, деловито обходя комнату и задергивая портьеры. – Чтобы стать королем, мне нужно было жениться на наследнице престола в какой-нибудь другой стране…
– О чем ты говоришь? – растерялась Анна. То, что она услышала, было настолько нелепо, словно Ханс изъяснялся на незнакомом языке.
Ханс подошел ближе, и ее измученное сердце снова предательски забилось, ощутив проблеск надежды. Но Ханс всего лишь наклонился и задул свечи на столике в изголовье дивана.
– Конечно, Эльза в качестве наследницы была предпочтительнее, – спокойно продолжал он посвящать Анну в жуткие подробности своего плана. – Но мне сразу стало ясно, что с ней не поладишь. Зато ты… ты так жаждала любви, что согласилась выйти за меня в первый же день нашего знакомства.
У Анны перехватило дыхание. До чего же она была наивна! Она слепо распахнула свое сердце Хансу, даже не задумавшись о его истинных побуждениях. Если бы она хоть раз отвлеклась от его дивных глаз и обаятельной улыбки, то и сама могла бы догадаться, что она для него не более чем пешка в грязной политической игре.
Прошагав через комнату, Ханс взял со стола кувшин с водой, подошел к камину и оглянулся на Анну с жестоким огоньком в глазах.
– Я думал, что, когда женюсь на тебе, подстрою Эльзе какой-нибудь несчастный случай, – сказал он, продолжая излагать свой план и одновременно заливая водой горящие дрова в очаге.
– Ханс! – отчаянно выкрикнула Анна, чувствуя, как в комнате сразу становится холоднее. – Не надо!
Он и не подумал остановиться. Даже наоборот, стал лить воду быстрее, как будто ему доставляло удовольствие смотреть, как она мерзнет. Это определенно был не тот человек, которого Анна успела узнать. Это было чудовище, черная душа которого даже не сознавала, какую боль оно причиняет Анне каждым сказанным словом.
Неужто его жизнь действительно была настолько ужасна, что он совсем лишился сердца? Быть может, терзалась Анна, всему виной холодность его отца или жестокость братьев. Что же такое случилось с Хансом, что превратило его в такое злобное, низкое существо, лишенное всего человеческого?
А может, ничего такого и не было, с горечью осознала Анна. Может быть, она просто ищет ему оправданий, которых нет.
