Да и никто не был готов».
Трясясь от холода, Анна натянула повыше ворот плаща, безуспешно пытаясь прикрыться так, чтобы снежные хлопья хотя бы не сыпались ей за шиворот.
– Эльза! Эльза! – крикнула она в надежде, что ее сестра еще не успела уйти слишком далеко. – Прости меня! Это все я виновата!
Ответом ей была полнейшая тишина. Вздохнув, она чуть пришпорила коня. Здесь, под густыми кронами, вдали от огней Эренделла, царила почти непроницаемая темнота. Но раз уж Анна приняла твердое решение не возвращаться домой без сестры, она будет ехать дальше и смотреть во все глаза – ну и пусть, что темно.
«Я должна, просто обязана все исправить. А уже после этого я смогу вернуться домой и снова увидеть Ханса…»
От одной мысли о Хансе Анну тут же окутало теплом. Ханс. Милый, чудесный, безупречный Ханс. Какое счастье, что она его встретила. А если бы нет? Анна тут же отогнала эту мысль. Она не смогла бы покинуть Эренделл, не поручив его ничьим заботам, а никого другого из их родовитых гостей она толком не знала, кроме разве что герцога Варавского, но ему она ни капельки не доверяла.
Единственный, кому она могла вверить замок и жителей Эренделла, был Ханс. Она сразу же почувствовала себя гораздо лучше, когда он согласился временно принять бразды правления в свои руки. Какой же он все-таки отважный и благородный. И такой ответственный… Честное слово, любовь тут даже ни при чем. «Интересно, что он сейчас делает? – размышляла она, не желая расставаться с ощущением тепла, которое приносила любая мысль о Хансе.
– Непременно что-нибудь замечательное и очень доброе – скажем, кутает детишек в теплое одеяло и читает им сказки, чтобы успокоить… Не сомневаюсь, он уже позаботился о том, чтобы королевство и каждый его житель были в безопасности. – Сердце Анны снова затрепетало. – Какое счастье, что Ханс появился в моей жизни. Сейчас я нужна Эльзе, а если бы не он, я не смогла бы отправиться за ней».
Погрузившись в эти размышления, Анна ослабила поводья и уже не так крепко сжимала бока Кьекка пятками. Поэтому, когда прямо перед конской мордой внезапно хлестнула высвободившаяся из-под снежной шапки ветка и скакун вскинулся на дыбы, шансов удержаться в седле у нее просто не оставалось.
Она вылетела вперед, как ядро из катапульты, и в следующий миг уже очутилась носом в снегу.
«Великолепно, – мрачно подумала она, усаживаясь и отплевываясь от набившегося в рот снега. Краем глаза она уловила удаляющуюся черную тень – Кьекк со всех копыт мчался обратно вниз по горному склону.
