– Анна тщетно силилась подобрать слова, чтобы описать свое видение и передать чувства, но все неизбежно должно было прозвучать как полный бред. Она развернулась, оглядываясь, и заметила в центре пространства, которое огибали лестницы-близнецы, семейный портрет монархов. Анна подошла ближе, с удивлением разглядывая картину. «Это что, Фрея?» Она не верила своим глазам. Королева выглядела точь-в-точь как Фрея. «Очень странно», – подумала она, и тут перед ее мысленным взором предстало новое воспоминание. Она, совсем маленькая, сидит на скамейке и болтает ногами, пока кто-то пишет ее портрет.
«Анна, сидите ровно!» – говорит ей этот кто-то. В коленях снова появилась дрожь.
– Ты точно в порядке? – услышала она голос Кристофа.
– Не знаю. – Анна ухватилась за его руку, чтобы не упасть. – У меня такое чувство, будто я здесь уже была.
– А ты была? – тихо спросил Кристоф.
Анна внимательно посмотрела на него:
– Нет.
– Нам надо уходить, – забеспокоился Кристоф.
Но Анна решительно покачала головой:
– Никуда я не пойду.
Здесь прячется что-то, что я обязана отыскать. – Она отпустила его руку и стала подниматься по ступеням парадной лестницы. Он больше не пытался ее остановить. Он только следовал за ней, не отставая, и они вместе пошли по длинному коридору второго этажа. По бокам попадались двери в какие-то комнаты, но они шли вперед. За окнами жутко выл ветер. Они дошли до конца и поднялись на еще один пролет. Внезапно Анна остановилась как вкопанная: перед ней выросла стена из торчащих ледяных лезвий.
Кристоф потрогал пальцем одно остриё.
– Что тут произошло?
– Наверно, это принцесса сделала, когда пыталась сбежать, – предположила Анна. Но что могло так ее напугать? На холодные лезвия, направленные во все стороны, нельзя было глянуть без страха, но все же хотелось рассмотреть поближе – их изящная тонкая форма одновременно и пугала, и привлекала. – Не знала, что зима может быть такой... волшебной.
– Да, она правда красивая, – послышался за их спинами голос, – только очень уж блеклая.
Почему бы не добавить цвета? Чтобы поярче смотрелось.
Анна с Кристофом повернулись и обомлели. Голос принадлежал говорящему... снеговику. Снеговик ходил – у него были коротенькие круглые ножки. Ножки торчали из-под массивного снежного шара, служившего ему круглым пузом, на котором был еще один, вроде груди, а на нем – маленькая вытянутая голова, которая улыбалась, выставляя передние зубы. Над улыбающимся ртом торчал нос – длинная оранжевая морковка.
