– Томалли, надо все рассказать ей, – заявил вдруг отец.
Анна перевела взгляд с матери на отца:
– Рассказать мне что?
– Да, – всхлипнула мать и взяла ладони Анны в свои руки. – Тебе пора кое-что узнать. – Она глубоко вздохнула. – Анна, медвежонок мой, на том корабле вместе с королевой были и несколько ее фрейлин. Одной из тех фрейлин была Фрея. – И мать снова разразилась рыданиями, а папа крепче обнял плечи Анны.
– Фрея? Нет! Фрея?! – Тут Анна и сама зарыдала. – Ты точно знаешь? А ее семья? Они все тоже там были?
Мать взглянула на отца.
– Ее муж тоже наверняка погиб, а вот насчет дочери она говорила, что оставит ее дома.
– Может, пошлем за ней? У нее остался кто-нибудь из родных? – едва пролепетала Анна, почти онемевшая от горя. – Как она справится одна?
– Она справится, – заверила ее мать, но сама продолжала плакать.
– Пап, это все неправда, да? Ты тоже думаешь, что Фрея была на том корабле? – метнулась Анна к отцу.
– Была, – немного поколебавшись, ответил отец. Его нижняя челюсть едва заметно подрагивала.
– Именно об этом путешествии Фрея и толковала, когда вот последний раз-то приезжала. Она просто хвалиться не хотела, что, мол, едет с королем и королевой. – Его глаза наполнились слезами. – Нет теперь милой нашей Фреи...
Да, король с королевой погибли – это, конечно, трагедия, но Фрея была частью семьи. И теперь ее тоже не стало. У Анны задрожали колени. Отец протянул свободную руку и поддержал ее. Она мягко опустилась на пол и потянулась к маме.
– Только не Фрея. Не-е-ет! – Зарывшись лицом в подол матери, она зарыдала.
Мама погладила ее по волосам:
– Хорошая моя, мне так жаль. Это такая печаль, медвежонок. – Затем она отстранила от себя Анну, чтобы заглянуть ей в глаза, и серьезно проговорила: – Есть еще кое-что, что ты должна знать.
– Томалли! – резко оборвал ее отец. – Ты поклялась. Нельзя нарушать клятву.
Анна вздрогнула. Никогда еще ей не приходилось слышать, чтобы отец повышал на мать голос.
– Но придется, Йохан! Она заслуживает того, чтобы знать правду.
Если не сейчас, то когда?
– Не твоя это правда, чтобы ею раскидываться! – возразил папа.
«Какую еще правду?» – мелькнуло в голове у Анны.
– Мне уже пятнадцать. Если вы что-то еще знаете, я готова это услышать.
Мама с папой переглянулись. Когда мама снова обратила на нее взгляд, у нее на губах порхала легкая печальная улыбка.
– Ничего мы не знаем, сладкая моя. Прости. Я просто совсем разволновалась. Все-таки Фрея была моим лучшим другом по жизни.
