Дело в том, с кем Эльза будет делиться своим волшебным даром, и сейчас старый тролль забирает единственного такого человека. В отчаянии Эльза следит за движениями Пабби, который сворачивает исправленные воспоминания в шарик, совсем как она обычно сворачивает снег в комок. Он медленно подводит шарик ко лбу Анны – Эльза уже знает, что сейчас произойдет. Как только Дед Пабби коснется девочки, новые образы заменят в ее памяти старые. Все, что связывало сестер, будет утеряно навеки. Этого Эльза просто не может допустить.
– Нет! – Не помня себя, она вырывается из объятий отца и кидается к сестре.
Ее рука сталкивается с рукой тролля ровно в тот момент, как он опускает ладонь на лоб Анны.
– Эльза, нет! – раздается за ее спиной крик отца; руки матери обхватывают ее сзади и тащат в сторону, но уже слишком поздно."
"Яркая вспышка слепящего света озаряет всю долину и отбрасывает в стороны замшелые валуны. Горные склоны, плотно обступившие долину, начинают дрожать, с них сыпятся камни. Тролли, как по команде, разбегаются в поисках укрытия.
Свечение растет, становится все ярче и вдруг разлетается на миллион маленьких звездочек... А затем мир разом меркнет, темнота обступает Эльзу, и больше она не видит и не чувствует ничего.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Эльза
Эльза очнулась от своего воспоминания, с усилием глотая воздух, как будто пробыла все это время под водой. Первые минуты она боролась с дыханием: тело словно еще не до конца пришло в себя, и ей пришлось сознательно следить за тем, чтобы не забывать вдыхать и выдыхать.
– Эльза! Эльза! – Олаф стоял над ней с крайне обеспокоенным видом. – Ты потеряла сознание! Как ты, сейчас получше?
В дверь спальни колотили что есть мочи:
– Ваше высочество! Принцесса Эльза! Вы там? С вами все в порядке?
Среди прочих голосов она узнала голос Ханса.
– Почему она не отвечает?! – прокричал он в нетерпении.
– Принцесса? – раздался другой голос, лорда Петерсена. – Вы слышите?
– Да! – отозвалась Эльза, все еще еле владея собой. – Я сейчас выйду.
Сколько же времени она лежит на полу?
– Эльза, что произошло? – тревожно спросил Олаф.
Эльза с трудом села – мышцы едва слушались ее. Воспоминания, живые как никогда, жгли ее изнутри. Итак, ее способности принадлежат ей с рождения, и родители знали о них с самого начала. Они лишь пытались помочь ей скрыть свой дар. Горькая правда отозвалась такой болью в ее душе, что Эльза не могла больше держать ее в себе.
– Анна была моей сестрой, – выдавила она, захлебываясь от горя.
