Холодное золото

 – И я разрабатываю сейчас другую версию, с другим подозреваемым.

– А почему ты решил списать со счета Леонтьева? – спросил полковник.

– Даты не совпадают, товарищ полковник, – объяснил капитан. – Когда произошло убийство Соколова, Леонтьев находился вместе с труппой театра в Риме. А когда убили Леонидову, он был на выезде в Туле. Так что теперь мой главный подозреваемый – массажист, который делал массаж Леонидовой. В этом человеке самое подозрительное то, что он постарался уничтожить в квартире певицы все следы своего пребывания.

То есть он предвидел, что мы будем его искать. Мы изготовили фоторобот этого человека, с его помощью я и веду поиски.

– Так, и где ты его ищешь? – спросил полковник.

– Я решил обойти все московские больницы и поликлиники, – ответил капитан. – Ведь где еще может работать массажист? Вчера обошел две больницы, сегодня надеюсь обойти еще три-четыре.

– Нет, так дело не пойдет! – заявил Волков. – Знаешь, сколько в Москве больниц? И потом, почему ты решил, что массажист может иметь отношение только к системе здравоохранения? При каждой футбольной или хоккейной команде есть свой массажист.

И со спортсменами других видов спорта они работают. Если у тебя есть его фоторобот, надо идти с ним к соседям убитых, им показывать. Вот будет самый прямой путь поиска массажиста! Давай, капитан, надо ускорить работу!

С таким напутствием начальника Егоров вернулся в свой кабинет, взял листок с фотороботом массажиста и отправился по адресу, где жил покойный дирижер Воскресенский.

Здесь он начал поквартирный обход. Начав с того этажа, где находилась квартира убитого, капитан затем поднялся наверх, до двенадцатого этажа, а потом стал спускаться вниз. Дома находились далеко не все хозяева квартир, и он смог опросить не всех. Но примерно четвертую часть соседей дирижера Егоров увидел и показал им листок с фотороботом. И ему сопутствовал успех. Сначала пожилая женщина, жившая этажом ниже Воскресенского, сказала, что, кажется, видела этого мужчину, когда он поднимался на лифте. А затем и пенсионер, сидевший на лавочке возле подъезда, опознал в человеке с властным лицом того, кто несколько раз проходил мимо него в подъезд. Правда, пенсионер не знал, куда именно направлялся этот человек, но Егорову это было и не нужно: он знал, куда тот направлялся.

До самого вечера он проводил опрос жителей дома, в котором жил Воскресенский, а затем переместился в другой район Москвы, на Садовую, где обитал артист Соколов.