Хорошая адептка — мертвая адептка (СИ)

Но я нисколько не сопротивлялась, поскольку доверяла ему, понимала, что нахожусь в руках человека, которого вряд ли кто-то превзойдет здесь по мастерству в этом нелегком деле. Он навис надо мной, и я ощутила на своих губах его разгоряченное и сбившееся от быстрого танца дыхание. Наши лица медленно сближались. От осознания того, что случится с секунды на секунды, сердце пустилось вскачь. И затуманенный разум нисколько этому не противился.

Взрыв аплодисментов вернул нас к реальности. Я несколько раз моргнула, прогоняя прочь наваждение, и в недоумении посмотрела на Винсента, который и сам пребывал в странном оцепенении, граничащим с шоком.

В золотисто-карих глазах отражалась взрывоопасная смесь чувств: уже знакомая мне страсть, желание продолжить танец, походивший больше на борьбу, как внутреннюю, так и между нами, и изумление, вызванное моей ответной реакцией. Разве можно что-то скрыть от его проникновенного взгляда? 5d4aa3

В отличие от меня, ректору понадобилась всего пара мгновений, чтобы взять эмоции под контроль, а затем одним рывком придать моему телу вертикальное положение.

Вроде бы стоило радоваться, ведь Винсент избавил меня от дальнейших угрызений совести, но внутренности скрутились в тугой ком от накатившего чувства покинутости.

Я обвела беглым взглядом танцпол и ужаснулась. Все присутствовавшие ранее на нем пары отошли в сторону и образовали вокруг нас почти ровный круг. На их лицах читалось восхищение. Ненароком мы привлекли всеобщее внимание. Щеки тотчас запылали стыдливым румянцем, захотелось убежать, спрятаться от пытливых глаз гостей в каком-нибудь темном углу или же попросить ректора об одолжении: перенести меня в общежитие, но продолжила стоять истуканом.

Видимо, я все еще находилась под воздействием тетушкиного зелья.

Винсент с холодной учтивостью подставил локоть и повел меня к столику, за которым уже сидела Аурелия в компании молодого мужчины. Она была одета в изумительное золотистое платье с глубоким декольте. Этот наряд удачно подчеркивал все достоинства ее фигуры.

Я первой поздоровалась с опоздавшими и была уверена, что хорошо справилась с волнением. Даже ощутив на себе ледяной взгляд родственницы, заставивший невольно поежиться, я не потеряла самообладания. Увиденное однозначно ей не понравилось. Но неужели она подумала, что я положила на ректора глаз? Да они же без пяти минут помолвлены! Хотя следовало признаться хотя бы себе, что в последнее время стала грешить мыслями о нем.