Хорошая девочка для плохого мальчика

Видел, приревновал и теперь снова решил меня шантажировать? Очень милая тактика…

— Ты заберёшь документы из школы в конце этой четверти.

53.

— Ты хочешь, чтобы я ушла из школы? — обалдела я."

"— А что непонятно тебе из моих слов? — изогнул он бровь. — Да. Нам двоим тут не место. И ты это понимаешь.

— Так сам уйди, ты же мужчина.

— Вот только не плети сюда половые различия…

— Но ведь это тебе некомфортно со мной в одной школе, — отметила я. — А не мне. Вот и забери документы сам.

— Делать нечего ещё… — лениво отозвался мажор.

— Это моя школа, и это ты сюда пришла, а к не я — к тебе. Вот и вали отсюда, Бэмби.

— Ты видел нас с Назаром… — сказала я задумчиво. — Так ведь?

— Видел, — ответил он, немного подумав. Вот и начинает всё вставать на свои места. — Но это уже неважно.

— Как неважно? Значит, ты видел, что я его оттолкнула от себя.

— Не видел, — хмыкнул Даня. — Ты со страстью ему отвечала.

— Нет!

— Да. Я не слепой дурак. Я всё видел сам.

— Именно слепой дурак, — с болью в сердце и слезами на глазах ему ответила я. — Назар сам меня поцеловал, не я его. И мне это не понравилось, просто твой брат слишком крепко меня держал, что я могу-то против него?

— Он не так это преподнёс нам.

— Я не отвечаю за то, что он тебе наболтал!

— Я уже сказал, что это неважно.

Ах вот как!

Ладно.

Он ничего не слышит из-за своей ревности и дурацкого характера.

Ты меня разозлил окончательно.

— Значит, так, — смело посмотрела я в его карие глаза.

— Теперь ты слушай сюда. Я никуда из школы не уйду! Мы за это место с дедом столько сил отдали, и денег. Одни учебники и форма чего стоят. Я понимаю, что сытый голодному не товарищ, и для тебя — это копейки, но не для нас. Я буду учиться здесь.

— Да? — снова приблизил он своё лицо ко мне. — А проблем огрести в таком случае ты не боишься?

— Боюсь, — ответила я. — Но что мне прикажешь делать? Ты получил компромат на меня и подло пытаешься его использовать в своих целях.

Что ж, если цена места в этой школе и того, чтобы ты уже наконец оставил меня в покое — мои раскрытые секреты, то пожалуйста — обнародуй их уже. Ты…

Я поперхнулась словами. Говорить об этом тяжело, особенно с ним.

— Ты прекрасно знаешь, какая судьба мне досталась. И тебе нисколько меня не жаль. Ты целовал меня, а теперь хочешь растоптать, вывалив на всеобщее обозрение мою боль, чтобы все над этим посмеялись.