Хорошая девочка должна умереть

 — А в чем дело?

— Это насчет трейлера подкаста, который ты выпустила на днях, про убийство Джейсона Белла. У меня есть несколько вопросов. Было бы здорово, если бы ты пришла.

Она сделала вид, будто задумалась:

— Хорошо. Давайте приеду через час.

Час прошел. Пиппа стояла на парковке возле серого здания, где располагался полицейский участок Амершема — это ужасное место. В сердце грохотал пистолет, а руки были скользкими от пота и крови. Она заперла машину и вытерла ладони о джинсы.

Перед поездкой Пиппа позвонила Рави и сообщила, куда собирается.

Тот ничего не сказал, только твердил «твою мать», пока Пиппа не велела успокоиться. Этого следовало ожидать; она тоже замешана в деле, причем дважды: потому что взяла интервью у Джеки и потому что разговаривала с адвокатом Макса в тот вечер. Речь наверняка пойдет на одну из этих тем. Пиппа уже знала, как отыграть свою роль. Да, она косвенно причастна к убийству и, возможно, где-то повлияла на ход событий, но не более того.

Хокинс всего лишь хочет получить информацию.

Она тоже кое-что получит взамен. Возможно, удастся выяснить ответ на вопрос, который не дает ей покоя и зудит на задворках сознания. Очень хотелось узнать, удалось ли им провернуть свой план и отложить время смерти. Если так, она свободна. Ей ничего не грозит. Ее не было на складе, она не убивала Джейсона Белла.

Если же уловка не сработала… Что ж, не стоит думать о плохом. Она отправила навязчивую мысль в самый дальний уголок сознания и прошла сквозь автоматические раздвижные двери.

— Привет, Пиппа. — Из-за стойки дежурного натянуто улыбнулась Элиза. — Боюсь, все заняты, — сказала она, перебирая бумаги.

— Мне звонил инспектор Хокинс, просил зайти, — ответила Пиппа, засовывая руки в задние карманы джинсов, чтобы Элиза не видела, как они дрожат.

Надо успокоиться. Как бы ни было страшно, показывать эмоций нельзя.

— А, точно. — Элиза шагнула назад. — Пойду сообщу, что ты пришла.

Пиппа принялась ждать.

Мимо нее торопливо пробежала знакомая полицейская, Сорайя.

Она немного сбавила шаг, чтобы бросить на ходу приветствие. Пиппа ответила. На сей раз их встреча прошла не столь драматично, как прежде: Пиппа не была испачкана кровью, по крайней мере, заметной взгляду.

Сорайя исчезла за дверью. Оттуда почти сразу же вышел инспектор Хокинс собственной персоной. Растрепанные волосы были зачесаны назад, лицо казалось бледнее обычного, словно он просидел в здании слишком много времени и его цвет намертво въелся в кожу.