Хорошая девочка

 – И он не твой, потому что ты достойна гораздо большего.

– Он просто еще не встретил ту самую, – защищает его Оксана.

– И это, конечно, будешь ты? Так вы вроде бы встречаетесь через день на работе. Как он до сих пор не понял, что ты та самая единственная?

– Если ты будешь болтать, карты предскажут твой скорый и мучительный провал на экзамене. – Она угрожает мне тем, что действительно может напугать. Бр-р. Не сдать зачет для меня хуже прилюдного отказа того же Голицына, если судить жизненными приоритетами Оксаны.

Я смотрю в ее темно-карие глаза и почти верю в то, что она делает, хотя отношусь к астрологии, нумерологии, тарологии – или как ее там – очень скептически. Но уж слишком профессионально Плотникова сверлит взглядом рубашки карт.

– Итак, что же у нас грядет… – Оксана переворачивает одну и складывает губы трубочкой. – Хм. Прекрасный незнакомец. – Она задумчиво склоняет голову вбок, а потом выдает как-то по-особенному торжественно: – Которого ты, между прочим, знаешь!

– Значит, знакомый незнакомец? – уточняю недоверчиво, но подруга не считывает мой сарказм и продолжает раскладывать карты.

– И тайная страсть. Вау! Это очень крутая карта! – произносит она почти что с завистью.

– С незнакомцем?

Меня даже слегка забавляет ее вера в разноцветные картонки.

– Нет. С обольстителем.

– Как мило, – тру я лоб и выдыхаю. – Какой-то ходячий оксюморон и страсть с обольстителем.

– Предательство, – шепчет поперек моих слов самопровозглашенная гадалка и во все глаза глядит на третью карту.

– Кто это меня собрался предавать? Обольститель? Незнакомец? Или…

– Ты! Ты предашь очень близкого тебе человека.

В глазах Оксаны вдруг отражается такой ужас, что я вырываю карты из ее рук и прячу за спиной, чтобы подруга не смогла дотянуться до них.

– Все, хватит.

– Эй, этих карт нельзя касаться! Они будут врать!

– Вот они и врут, нечего было их лапать!

Оксана тянется ко мне, но я резко вскакиваю с кровати и кидаю колоду на стол. Пара карт вылетает и падает на пол, но я на них не смотрю – даже знать не хочу, что там.

– Вот! Вот видишь! Тайная страсть и предательство! Я же говорила! Я говорила! – указывает она на перевернувшиеся карты, но, как по мне, это полный бред.