Хорошая девочка (СИ)

Но то, что пять лет назад было вкусно, сейчас воспринималось приторным. И немного пластмассовым.

Лиза прищурила глаза и неприятно усмехнулась. Превосходства своего она даже сейчас не пыталась скрыть.

— Ну-ну. Я тоже могу быть занятой.

Она развернулась и вышла на балкон. Достала пачку сигарет и закурила.

Юрий откинулся на спинку кресла и усмехнулся. Надо же, оказывается, она еще и курит. А он не знал.

Что еще скрывает от него девушка, с которой он живет?

Входящий звонок оторвал его от созерцания Елизаветы.

— Леонид Игоревич, приветствую.

— И тебе добра, Юр. Я с новостями.

— Я в вас не сомневался.

В трубку хмыкнули."

"— Да что тут сомневаться, Юр. Ты бы и сам мог узнать. Делов-то…Твою супругу случайно задели на тренировке.

Первое — он даже и не думал поправлять Игоревича, напоминать, что Ксения — бывшая супруга.

Второе — какая, нахер, тренировка?!

— Не понял, Игоревич.

— На бокс твоя яхонтовая пошла. Вот ей и вмазали. Но повторюсь, случайно.

— Бокс? — повторил неверующе Хованский.

— Угу. Сам тут знатно удивился. Я тебе сейчас скину название клуба и имя ее тренера. А также того чудика, что прошелся по скуле Ксении. Не-е, при тренировках разное бывает, тут никто не застрахован, но она же у тебя… девочка!

— Игоревич, ты бы полегче. — Юрий вложил в голос сарказм.

А у самого ребра неприятно сдавило.

В трубке послышался смешок.

— Да я-то чего. — Начальник охраны хохотнул. — Мне больше посмотреть…

— Так уж и посмотреть, Игоревич.

— Может, и не посмотреть, конечно… Но женщины своих людей табу.

Юрий не сомневался — Ширяев не забыл, что они развелись.

— Спасибо, Леонид Игоревич, с меня причитается.

— Было бы за что.

Значит, спорт.

Бокс.

Юрий снова откинулся на спинку. Ничего он больше не понимал.

Некоторое время посидел, побарабанил пальцами по столу, краем глаза отметив, что Лиза вернулась в квартиру, намеренно громко хлопнув балконной дверью.

Потом встал, прошел в спальню и быстро переоделся. Схватив ключи, направился к выходу.

— Уезжаешь?

Лиза уперлась плечом в стену, скрестив руки на груди.

Снова при полном параде. Макияж вечерний, яркий, пусть и не вульгарный. А пеньюар она еще утром надела. Красивый, кстати. Дорогой. Хованский видел чек. Ему не жалко бабла на Лизу. Это нормально — баловать ту, которую любишь.

Но почему и этот факт сегодня раздражал? Что ближе к двум часам люди уже переодеваются.

— Да.

Он достал кроссы.

— Меня с собой возьмешь?

— Нет, Лиз.