Адель! Его любимая Адель не могла его покинуть! Она была той, к кому он мог всегда вернуться, положить голову на колени, и она всегда его жалела, гладила и целовала, находила слова утешения и возвышения Теймура над остальными смертными. На Адель в его жизни держалось всё - дом, воспитание детей, эмоциональное и физическое состояние Теймура, его бизнес и свободные средства также были в руках жены.
Бахтияров, как хороший муж, твёрдо решил до конца своих дней эти руки целовать. Пусть его любовь к ней была ровной и спокойной, как к родной, но без неё ему было не жить, а страдания по Королеве когда-нибудь закончатся.
Тем более душу ему грела экономия на подарке в двадцать миллионов, на которые он планировал купить подарок жене, подешевле, естественно, но зато от всего сердца!
Когда Адель пришла в себя, Теймур выдохнул и запрятал икону в тёмный угол кладовки. Вымолил!Сыновья не знали, что их мама серьёзно больна, и он, наконец, всё им рассказал, устав от бесконечных вопросов «где мама и когда она вернётся». Хорошо, что тёща забрала их к себе на время болезни Адель, а пацаны обожали у неё бывать, она была заядлой любительницей животных - три собаки и две кошки, а у Теймура на них аллергия.
В их огромном доме не нашлось места ни одному пушистому зверю, а мальчики, как назло, их тоже обожали, как их бабушка. Теймур еле извернулся из щекотливой ситуации со звонками в ночь остановки сердца жены, когда он не взял трубку ни от тёщи, ни от своих родителей и врача. Амалия выела ему весь мозг ложечкой, выспрашивая, какого чёрта он в это время делал? Теймур признался, что напился до беспамятства, но не сказал где и с кем.
Тёща вроде успокоилась."
"Адель вернулась домой! Радости Теймура не было предела: наконец, в его доме зазвучит её смех, а он будет как пёс, есть из её рук все блюда, которые она мастерски готовила на кухне. Пусть она выглядела уставшей, глаза потухли, сильно похудела, но неделька другая и всё будет как прежде. Нет! Лучше! Она ведь для него будет единственной любимой женщиной в мире!
Эта женщина, которая теперь жила в отдельной комнате и сутки напролёт проводила в зимнем саду, совсем не была похожа на его прежнюю Адель.
Больше всего в её внешности и поведении Теймура пугал её взгляд - она будто больше не смотрела на него как на любимого, словно знала, что он сделал, где был, каким был гадом. Она смотрела сквозь него, будто сквозь бестелесное приведение, цедила каждое слово в его адрес через зубы, огрызалась на его попытки к ней ластиться.
