Он странный, с плохой репутацией, но пусть служит теперь доброму делу, да?
Адель рассеянно кивнула, принимая всё, что ей передала Кира. Затем пришла её очередь платить, они вышли из офиса и Адель протянула ей завёрнутый в бумагу портрет.
- Твой муж пытался со мной за него торговаться.
- Я на развод подала, никакой он мне больше не муж, и не был им никогда. - буркнула Кира, забирая портрет. - Пошли, мне добрый дядя нотариус разрешил пожар на заднем дворе устроить.
Бахтиярова побрела за девушкой, они зашли за здание, Кира разорвала бумагу, последний раз взглянув на творение мастера, кинула его на снег, достала из сумочки бутылку с розжигом и щедро полила полотно, чиркнула спичкой и оно полыхнуло.
- Зачем? - осторожно спросила Адель.
- За тем, что это не я и не хочу такой быть. - поджала губы Кира. - Все называют меня Чёрной вдовой, а я всего лишь Кира Некрасова, и собираюсь такой быть. Все деньги, что я тебе передала, они от моего первого мужа, немного от отца, и даже от моего второго мужа, который откупился от меня пачками долларов, когда пытался меня изнасиловать в том самом доме, который теперь тоже у тебя.
Хватит с меня этого высшего общества, дерьмо одно кругом, куда ни плюнь... Прощай Адель, хороший ты человек и делаешь много добра. Мне пора, у меня тут папаша умирает, всё умереть никак не может, пойду помогу, если уж сам не справляется. Тоже, своего рода добро сделаю.
Кира нервно хохотнула, поцеловала её в щёку и ушла. Адель проводила взглядом фигурку девушки в чёрном и перевела взгляд на догорающую на снегу картину.
Вот как надо начинать новую жизнь - сжечь всё старое.
*****
Бахтиярова вернулась домой под вечер, Амалия обняла её и сморщила нос, учуяв запах гари.
- Сжигала чужое прошлое. - устало улыбнулась дочь, снимая шубку.
Адель поужинала в своём новом семейном кругу со знакомыми до боли лицами, только теперь вокруг огромного стола в не менее огромной столовой носились наперегонки собаки и кошки. И как они раньше жили без этой пушистой ватаги? Видеть улыбку на лицах своих сыновей было для Адель счастьем, ничем неизмеримым, ни за какие деньги не купленным.
Амалия то и дело поглядывала на дочь, с которой явно хотела провести воспитательную беседу, видимо, любовник при живом муже хорош только если он прячется в шкафу.
Плохая жена не успела получить от матери нагоняй - ей позвонили, Адель молча выслушала дядю Валеру, который сообщил ей плохие новости.
