И тут же жалею о сказанном, потому что девушка выглядит искренне смущенной. Не думала, что такое возможно. Поэтому я знакомлю ее с Уэсом, который угощает девушку пивом, а потом с Леммингом, появившимся спустя несколько минут. Вайолет в третий раз за десять минут чуть не падает в обморок, но меня это уже не волнует.
– На следующей неделе мы едем в Монреаль на предсезонные игры, – говорит Уэс, кладя деньги на барную стойку.
– Поэтому Блейк притворяется, что говорит по-французски?
– Мне тоже так кажется. Эй, посмотри на лицо дьявольской соседушки.
Я украдкой кидаю взгляд на восхищенную Вайолет. Лемминг держит ее ладонь двумя своими и что-то ей шепчет на ухо.
– Кто знал? – влезает в разговор Блейк, фыркнув. – Основной закон химии. Каждая телка хочет хоккеиста.
– Это вряд ли, – спорю я. – У меня все было хорошо с химией.
– Дети, – предупреждает Уэс. – Ведите себя примерно.
Я допиваю пиво. Блейк предлагает еще одно, и я соглашаюсь. Он богач, а я – бедная студентка, которой хватает любезности иногда готовить ему ужин.
– Что ты пьешь? – спрашивает он. Стоит ответить, как он корчит рожу. – Давай повысим твой уровень. Йо, Лиза!
К нам подходит барменша ростом всего метра полтора. Хотя синий ирокез, которым она щеголяет, добавляет еще один дюйм.
– Чего надо, Блейки?
– Моя подруга Джесс хочет пиво. Что ты посоветуешь?
Лиза склоняет голову, оценивая меня.
– «Вельвет Фог» должен подойти. Это пшеничное пиво.
Это точно не для меня.
– Как насчет…
Но Блейк поднимает руку.
– Лиза знает. Доверься, Джесси.
Они с барменшей переглядываются, и она отходит, чтобы принести пиво, о котором я никогда не слышала.
– Мне кажется или это было слегка странно? – шепчу я Уэсу.
Он ухмыляется над своим бокалом.
– Иногда здесь надо просто расслабиться и плыть по течению.
Ладно."
"Спустя какое-то время Уэс уходит на тренировку, но приходят еще два хоккеиста: Эриксон и Уилл О’Коннор.
Эриксон здоровается, а потом усаживается на стул, погружаясь в беседу с Лизой. Похоже, она консультирует его по поводу развода.
Но я еще не знакома с новичком, поэтому фокусируюсь на нем.
– У меня тоже только что закончился первый месяц в Торонто, – говорю я ему. – Хороший город, да?
– Он только что стал лучше, – отвечает он глубоким и хриплым голосом.
Чувак, ты серьезно? Я подавляю усталую усмешку.
– Почему? – Интересно, до какой убогости он дойдет, если я ему позволю?
– Потому что ты здесь.
Я все-таки не сдерживаю улыбку.
– Ага.
