Но человек, который увидел их все: и публичное раздевание в Лейк-Пласид, и пьянки, и незаконные проникновения, – завтра на нем женится. И он отказывается посвящать меня в подробности.
Опять звучит смех.
– В этом году он отыграл сезон, в котором совсем не было ничего позорного, поэтому тут тоже нет компромата. Если честно, в последнее время Уэс может стыдиться только одного: силы своих чувств к Джейми.
– О-о-о-о! – в один голос умиляется вся семья.
Уэс смотрит на свою чашку кофе.
– Конечно, я мог бы стоять тут и рассказывать о какой-то тупой хрени, которую иногда говорит Уэсли.
Например, ночью в баре после игры против Филли он яростно доказывал, что пингвины не млекопитающие. – Я хмыкаю, вспомнив эту нелепость. – Он хотел, чтобы я поверил, что они птицы.
– Они и есть птицы, – еле слышно бормочет Джесс, потому что обожает меня провоцировать.
– Но я подумал, что будет веселее… – я делаю знак официанту, стоящему у двери, и он вносит взятый напрокат большой планшет. Я встаю так, чтобы всем меня было видно, и включаю эту штуку, – …позволить Уэсли опозорить себя самого.
Как оказалось, он не всегда был великолепным хоккеистом и жеребцом. Я подумал, что вам стоит это знать. – Я нажимаю на кнопку воспроизведения видео, которое подготовил, и поднимаю планшет.
Звук работает хорошо. Из динамиков вылетают первые ноты песни U2 «Я все еще не нашел то, что искал»[1]. Экран освещает вступительная надпись: «Райан Уэсли, дамы и господа». За ней следует: «Супержеребец». Появляется первая фотография с двухлетним Уэсом, хватающимся пухлой ладошкой за хоккейную клюшку.
Выглядит он довольно безумно.
На другом конце стола ахают. Глаза Джесс увеличиваются до размеров десертной тарелки.
– О-о-о-о! – восклицает Синди Каннинг, хватаясь за сердце.
– Посмотри на себя! – воркует Джейми, гладя жениха по спине. Уэс лишь подается вперед, в замешательстве глядя на экран.
– Хорошо, что у руководства клуба Торонто не было доступа к этим малышам. – Я хмыкаю, когда на экране появляется следующее фото. Это Уэсли в зимнем комбинезоне в возрасте, по-моему, лет пяти, и эти пламенные глаза уже узнаваемы.
Он где-то на пруду несется на коньках за двумя детьми, которые больше него раза в два. У него ни единого шанса их догнать. Это самое смешное, что я только видел.
Но никто не смеется. Джейми обнимает одной рукой своего парня, и его глаза блестят. Синди Каннинг стоит за ними, обхватив каждого за плечи. А все остальные гости улыбаются.
– Где ты их вообще откопал? – бормочет кто-то.
