Хороший ректор — мертвый ректор

— Я помогу Вам, — сказал брюнет, а затем снова подошел ко мне. — Эмилия, я скоро вернусь, — по нему было видно, что он сильно чем-то расстроен.

— Хорошо, — отозвалась я, и брюнет ушел куда-то вместе с магистром Алазардом. Несколько важных вопросов вертелось у меня в голове, но стоило только закрыть глаза дольше, чем на пять секунд, как я провалилась в мир сновидений.

Сквозь дрему слышала, как кто-то тихонько постучался, но у меня не было сил даже отозваться, не говоря уже о том, чтобы встать и открыть дверь.

Скорее всего, приходила Берта, взволнованная моим столь длительным отсутствием. В очередной раз из сна меня вырвал Ингрэм, вернувшийся через неопределенное время. Он мягко, но настойчиво уговаривал открыть глаза, чтобы я приняла лекарство. Решив, что после того, как выполню просьбу адепта, он уйдет, глубоко ошиблась. Едва брюнет заставил выпить ложку зелья, выданного Аурелией, он вышел из комнаты и вскоре вернулся вместе с Бертой. Они действовали вдвоем так слаженно, словно сговорились заранее. Ингрэм бережно поднял меня на руки, и я положила голову ему на плечо, отчетливо ощущая аромат его парфюма, который так часто волновал меня. Подруга тем временем расстелила кровать, а затем, когда адепт опустил меня на мягкую постель, девушка принялась переодевать в ночную сорочку, которую отыскала в шкафу.

Первой комнату покинула Берта, пожелав мне скорейшего выздоровления. Ингрэм после ее ухода сел рядом со мной и подоткнул одеяло, как когда-то делала в детстве мама.

Я не знала, как долго он еще пробыл у меня, так как вскоре сон снова захватил меня в свой плен.

Утро не принесло с собой долгожданных сил. Стоило мне открыть глаза, как в моей обители появился сосед по парте, в очередной раз позаботившийся о том, чтобы я приняла лекарство, а затем исчез, предупредив, чтобы не смела покидать комнату. Да даже если бы мне этого и захотелось, то вряд ли бы смогла осуществить задуманное.

Во время большого перерыва, установленного в академии, Ингрэм также не забыл про меня, появившись с горячей едой, запах которой заставил скрутиться мой желудок в тугой узел.

Проконтролировав, чтобы я приняла целительное зелье, он снова удалился, оставив меня одну наслаждаться обедом. Хорошо, хоть к этому часу я успела переодеться в домашние брюки и майку, и мне не пришлось краснеть перед ним за свой непристойный вид.

Вскоре после адепта меня навестила моя тетя, ненадолго скрасив мое одиночество.