Хороший ректор — мертвый ректор

Смысл этого выражения в том, что, только приблизив к себе Тьму, можно выяснить ее больные и уязвимые места. Тогда заранее знаешь, чего ожидать от этих тварей, и как легче и быстрее их прикончить. Возможно, это подло, зато эффективно работает.

— Каким образом можно приблизить Тьму? — тихо спросила, однако он услышал мой вопрос.

— Впустить ее в себя, — его слова шокировали меня.

— Каким образом? — тем не менее выдавила из себя следующий вопрос.

— Для этого существует специальный ритуал. При первом, инициации, готовят разум и тело человека к Тьме.

Затем, с каждым новым ритуалом, она проникает в него все больше. Порой, наверное, не понять, что в этом некроманте больше: живого или все-таки мертвого. Со временем, он перестает испытывать какие-либо чувства, а тот, кто не способен на это, на мой взгляд, мертв… Есть тело, но нет души. Происходят не только внутренние изменения, но и внешние. И я не знаю, кому он служит, Тьме, заполнившей его, или Свету, — ему нелегко давался рассказ, но он потряс меня до глубины души.

— Глаза… — прошептала, когда до меня дошел смысл сказанного им.

— Да. В первую очередь меняется цвет глаз. Они становятся черными, — я смотрела на него и не могла поверить в то, что и Ингрэм прошел через это.

— И ты… — я не смогла договорить, так как мой голос дрогнул.

— Впустил в себя Тьму, — закончил за меня адепт.

— Сколько? — я еле ворочала языком.

— Пока только один, — он не скрывал от меня больше правду, но мне от этого было не легче.

— А архимаг Андерсон? — прозвучал очередной вопрос.

— Шесть, — его голос был тверд и спокоен, но, судя по тому, как он частенько запускал пальцы в волосы, это было только напускным прикрытием.

— Откуда ты столько всего знаешь про него? Он твой учитель? — от последней фразы он немного поморщился.

— Не только, Эми. Не только… — горько усмехнулся он. — Архимаг Андерсон…, — Ингрэм набрал побольше воздуха в легкие, прежде чем продолжить, — мой отец.

— Я ничего не понимаю… — тяжело вздохнула, пытаясь сложить головоломку.

— Почему у нас разные фамилии? — в очередной раз продолжил за меня, на что я молча кивнула. — Сайленс — девичья фамилия моей матери.

— Зачем тебе это понадобилось? — недоуменно уставилась на него.

— Мой отец никогда не считался с моим мнением или желаниями. С момента моего появления на свет решил, что я стану таким же, как он… великим, могучим… Я долгое время подчинялся его указаниям, но в один день понял, что не хочу уподобиться ему.