Хороший ректор — мертвый ректор

— Все будет хорошо, — прошептала в ответ, успокаивая то ли его, то ли себя, но к столь кардинальным переменам в своей жизни, расставшись совсем недавно с Говардом, была не готова.

Жизнь плавно потекла дальше, и я наслаждалась ею в полной мере, несмотря на отработку, которую мне установил лорд Эванс, отнимая тем самым почти все мое свободное время. Клумбу я привела в порядок под присмотром вызвавшейся мне в надзирательницы магистра Клейтон, с упоением наблюдавшей за моей работой. К докладу же мне помогал готовиться Ингрэм, подсказывая какую книгу лучше всего использовать для того или иного вида нежити.

Больше всего сложностей у меня возникло с сочинением, но и с ним я справилась в установленный срок, положив его ректору на стол. С подругой же я виделась не так часто, как раньше. Берта почти каждый вечер проводила с Мартином. Их отношения стремительно разворачивались, чему была только рада.

Я проснулась в обозначенный архимагом день ни свет ни заря, хотя и поспала ночью не более двух часов, в отличие от Обжорки, развалившегося возле меня во всю длину.

Открыв шкаф, потянулась за черным платьем, так как его цвет идеально описывал мое настроение, но, мысленно отругав себя, выбрала зеленое. По привычке с утра за мной зашел Ингрэм, и мы отправились вместе в столовую, а затем настала первая лекция, сменившаяся вскоре другой.

По окончании занятий я решила зайти по пути в общежитие в кондитерскую лавку, чтобы порадовать себя чем-нибудь вкусным.

— Пирожки! Горячие пирожки! — раздавались зазывные выкрики женщины, торговавшей неподалеку от академии с небольшой корзинкой в руках.

 — Девушка, купите пирожок. Последний остался, — мне снова почудилось, что я слышала ее голос ранее и решила немного поговорить с ней, чтобы отбросить прочь все свои сомнения."

"— А с чем он? — сделала вид, что заинтересовалась, принявшись ее разглядывать.

— С яблоками, — с гордостью ответила женщина, на вид которой было около сорока пяти, а может быть даже и больше. Седина заметно посеребрила ее черные волосы, немного небрежно собранные в хвост.

 — Возьмите, — умоляла она. Несмотря на то, что у нее были карие глаза, ее взгляд также мне показался знакомым.

— Нет, спасибо, — постаралась проговорить как можно мягче, стараясь не обидеть ее.

— Румяненький, с пылу с жару. Возможно, он только Вас и ждал, — как же она умела убеждать.

— Уговорили, — произнесла, достав монетку. Она протянула мне корзинку, позволяя самой взять пирожок, довольно при этом улыбаясь.