– Ты посмеешь соврать? – насмешливо спросил ящер, не веря в это, а зря.
– Да.
Услышав ответ, дракон принялся меня внимательно разглядывать.
– Теперь я готов поверить, что ты из другого мира. И внешность необычная…
– Внешность мне изменил мир Эрго. До этого я выглядела немного иначе, и цвет волос был медовый. Я из технического мира, который намного более жестокий, чем ваш. И если ты сделаешь мою жизнь невыносимой, я этой жизни не пожалею, чтобы тебя уничтожить! – с нажимом произнесла я, веря в каждое слово.
Сейчас мне терять нечего.
– Как интересно. Дарада, и привязана к моему брату. Это может иметь всяческие последствия. Сколько ты хочешь денег, чтобы оставить моего брата в покое?
– Я не смогу этого сделать при всем желании. Мы связаны неразрывно.
– Должен же быть способ.
– Неужели ты думаешь, мы не искали? Нет такого способа.
– Ты искала? Но тебе-то какая выгода? Поддержка брата тебе очень полезна.
Я покачала головой:
– Ты не понимаешь, о чем говоришь.
– А ты мне сказать не можешь, я помню… – пробормотал Велор.
– Думаю, наш разговор зашел в тупик, и смысла его продолжать нет. Поэтому прощай. Надеюсь, я больше тебя не увижу.
Выходя из трактира, я чувствовала спиной два пронзительных взгляда. Дракона и Вуку. Ох, чувствую, в Академии меня ждет настоящий допрос.
После этой встречи я думала, что наконец отделалась от Диминых родственников, но меня снова ждал сюрприз. На следующий вечер пришло письмо от королевы. И если сына я могла послать куда подальше, то с матушкой все не так просто.
Пришлось отправиться к ней со светским визитом, как это здесь называлось. Меня проводили в большую гостиную, отделанную в нежно-желтых и золотых тонах. Комната оказалась такого размера, что, когда я произнесла приветствие, долго звучало эхо.
– Добрый день, мистрис Ронер, – грудным голосом поприветствовала меня королева. – Прошу вас, присаживайтесь.
Мы сели одновременно и посмотрели друг на друга. Ее величество – оценивающе, я – настороженно. Так прошло несколько минут. Я уже нервно допила первую чашку чая, когда королева решила перейти к разговору.
– Надежда, можно я буду вас так называть? – и, увидев мой кивок, продолжила: – Думаю, нам нужно поговорить прямо.
Она внимательно наблюдала за моей реакцией.
– Согласна, – настороженно отозвалась я.
– Тогда я опять же хочу спросить прямо: вы имеете матримониальные планы в отношении моего сына?
Меня так и подмывает спросить: в отношении которого? Но думаю, в данной ситуации это неуместно.
