Не сомневаюсь, они тоже поняли, что за проблема перед нами возникла.
– А почему ты так запаниковала в классе? – вынырнув из раздумий, поинтересовался оборотень.
– Я не люблю животных. В детстве меня в лесу покусала белка, с тех пор терпеть не могу все, что дикое и живое.
– Но мы должны учиться по программе, ориентированной на более мощного в тройке. А оборотень очень силен в фауне, – сказал Дима, неуверенно покосившись на Славу.
Я подавленно молчала.
– И если мы будем объединять силы и эмоции, значит, должны научиться справляться с чувствами остальных, – продолжил Дима.
"
"– Все плохо, – подытожила я, и, судя по взглядам напарников, со мной согласились. – Все очень плохо!
На обед пришла в совершенно безобразном состоянии, мысли разбегались, и я никак не могла отойти от шока, вызванного новостями.
Машинально взяв еду, я направилась к своему месту около окна. Теперь рядом сели Дима и Слава. Я отметила, что их тарелки тоже полны, и оба едят, хоть и морщатся. Сегодня у нас был красноватый суп с непонятными желтыми крапинками, кусок синего мяса неизвестного происхождения и зеленые шланги, тоненькие и длинные.
Они-то и отвлекли меня от мрачных мыслей. Как их намотать на ложку? Есть рукой как-то неудобно.
Суп оказался вполне нормальным и напоминал наш харчо, правда, очень отдаленно. Мясо по вкусу – свинина свининой, а вот шланги, навертев на ручку ложки и откусив, я положила обратно. Если кто-то грыз в школе карандаш, то сразу поймет, что за вкус у этого непонятного гарнира. Может, так и должно быть, но экстрим в еде я не понимаю.
Взяв стакан с компотом, заметила, что мужчины уже поели и с любопытством смотрят на меня.
– Что?
Вопрос решился задать Дима:
– Скажи, ты в своем мире имела низкий достаток?
Приподняв брови, я ответила:
– Скорее, средний.
– И тебе нравится эта пища? – недоверчиво поинтересовался Слава.
– Ну она, конечно, не деликатес, но вполне съедобная.
Больше мне ничего не сказали, но было видно, что мужчины остались при своем мнении.
– Что будем делать с образовавшейся связью? – обреченно поинтересовалась я.
– А что с ней можно сделать? Тут уже ничего не исправить, – пожал плечами Дима.
– Согласен. Но мне кажется, нужно поискать, что может ослабить или приостановить развитие связи, – заметил оборотень.
– А это не отразится на наших способностях? – с тревогой поинтересовалась я.
– Не знаю, но в противном случае мы будем жить одним организмом, – поставил нас перед фактом оборотень.
Мрачно переглянувшись, мы согласились.
