Усталость навалилась тревожным сном, в котором я провалилась в подсознание, связанное с императорским артефактом. В суете вылетело из головы, что Хо`шен заполучил сразу двух сильных магов и их знания."
"Первым для изучения я выбрала целителя. Иноземцев хоть и мразь, но сильная и талантливая. В голове не укладывалось, как один и тот же человек днем спасал жизни, улыбался, шутил, а ночью истязал невинных людей и наслаждался их муками. Место силы мага оказалось под стать – такое же двойственное, непонятное.
Каменный алтарь на живописной лесной полянке больше был похож на подставку для вихревого потока магии. Золотисто-зеленые нити силы, как шелковистые ленты, скручивались в спираль и поднимались вверх. Уже под самым потолком нити чернели и растворялись во тьме. Приглядевшись, я поняла, что источник состоит из двух видов магии: живой, что источала природа, и мертвой, низвергающейся из бездны. Вот и ответ, как в Иноземцеве уживались противоположности. Силы соприкоснулись, будто два параллельных мира, проникли друг в друга и постепенно сливались, образуя странный симбиоз.
Пока я находилась на светлой стороне, то и знания открывались такие, что призваны помогать людям. Однако, если захотеть и потянуться к другой половине, миры перевернутся, будто песочные часы, и я окажусь на краю бездны, из недр которой клубится испоганенная тьма. Нет! Тех знаний и той силы я не желала. А вот способы исцеления, действенные плетения по восстановлению человеческого тела я поглощала с жадностью.
Жаль, невозможно перенять опыт, благодаря которому Вячеслав Федорович с ювелирной точностью сращивал кости, заживлял сосуды и мышечные ткани, восстанавливал кожные покровы. Но я обязательно научусь!
Разговаривать с самим «доктором Менгеле» не было никакого желания. Иноземцев стоял у края источника и, как хищник, пристально наблюдал за мной, ожидая вопросов. А вот с Лукой – иное дело. У него даже внутренний мир был похож на храм. Белоснежные колонны с фресками и статуями.
Мраморный пол начищен до такого блеска, что глаза слепит отражающееся в нем солнце. Оно проникает в каждый потаенный уголок и согревает его нежным теплом.
– Неужели ничего нельзя было сделать? – Посмотрела в лучистые глаза мужчины с сожалением.
– Не печалься, кто-то ведь должен был занять это место. Я верю, что еще послужу свету, пусть и в таком качестве.
– Но живым ты сделал бы стократ больше!
– Не хочу тебя расстраивать, но это не так.
