Мы здесь, чтобы служить вам всеми силами.
– Вы очень любезны.
– Любезность? – удивилась Мэри. – Вовсе нет, ваша светлость! Ясно как день, что вы куда лучше этой жуткой мисс Уортинг. Как только герцог в вас влюбится, все в доме пойдет на лад.
– Погодите. – Эмма остановилась посреди коридора. – Говорите, как только герцог в меня влюбится?
– Ну да, разумеется. – Мэри прижала обе руки к груди. – Как было бы замечательно, если бы это случилось всего через несколько дней! Но, может быть, хватит и одной ночи. Хотя, полагаю, более вероятный срок – несколько месяцев.
Нельзя слишком опережать события.
– Боюсь, вы все не так поняли, – сказала Эмма. – У нас не любовный союз и, могу вас уверить, никогда таковым не станет, ни через несколько дней, ни через несколько месяцев. Этому никогда не бывать.
– Ваша светлость, никогда так не говорите. Это непременно должно произойти. – Мэри оглянулась по сторонам, прежде чем продолжить: – Вы не представляете, как мы тут мучаемся. С тех пор как герцог вернулся домой израненным, он страдает.
И от этого стала невыносимой и наша жизнь. Он никогда не покидает дом, никогда не принимает гостей. Просит кухарку готовить только самые простые блюда. Слугам кажется, что о них позабыли, им тоскливо, как тоскливо и одиноко самому герцогу. Но главное – мы все находимся в услужении у человека, чье настроение меняется от темно-серого до черного. Мы, все мы, рассчитываем на вас. – Она взяла руки Эммы и горячо стиснула. – Вы – наша единственная надежда. И, осмелюсь сказать, единственная надежда нашего герцога.
"
"О святые угодники! Это как-то… неожиданно. Эмма даже не знала, что ответить. Она-то пыталась сохранить хоть каплю оптимизма ради собственного будущего (добавьте сюда и лучик надежды для мисс Палмер), а оказалось, что у нее десятка два слуг, которые тоже ждут, что она станет их спасением.
– Я так в вас верю, ваша светлость! – Просияв улыбкой, Мэри распахнула дверь в роскошно обставленную комнату. – Теперь это ваша личная гостиная. Через ту дверь вы попадете в ванную.
За дверью напротив ваша спальня, а за ней – гардеробная. Наверное, мне лучше оставить вас ненадолго, чтобы вы могли осмотреться? Вам стоит только позвонить, и я приду помочь вам одеться к обеду. Я могу предложить столько разных способов уложить вам волосы! – И горничная исчезла, взмахнув рукой и быстро присев в реверансе.
Эмма отнюдь не жаждала остаться в одиночестве. Каморка под крышей, в которой она жила последние три года, целиком бы уместилась в ее новой гостиной.
