Так, Леонид оказался в лапах фашистов. Скорее всего, он пошел на это добровольно, так как ему терять было нечего. И он пошел на сговор с немцами.
Сталин поставил военной контрразведке — Абакумову и разведке НКВД — Судоплатову выкрасть Леонида Хрущева. Спецзадание было выполнено военными контрразведчиками. Военный Трибунал приговорил отпрыска партчиновника к ВМН — расстрелу. Хрущев обратился в Политбюро с просьбой отменить суровую кару. Сталин согласился обсудить вопрос о судьбе Леонида Хрущева на заседании Политбюро.
Руководитель военной контрразведки В.С. Абакумов доложил материалы и удалился. Начались «прения». Начальник Главного Политического управления Красной Армии Александр Щербаков выступил в защиту приговора. Он прямо сказал, что перед законом все равны.
Нарком внутренних дел СССР Лаврентий Берия заметил, что Леониду уже дважды прощалось. Он тоже проголосовал за оставление приговора в силе.
На этом заседании Сталин, обращаясь в сторону сидящих членов ПБ, заметил:
«Никите Сергеевичу надо крепиться и согласиться с мнением товарищей.
Если то же самое произойдет и с моим сыном, я с глубокой отцовской горечью приму этот справедливый приговор».
Первым взял слово Александр Щербаков, занимавший высокие посты в годы войны: секретаря ЦК, начальника Главного политического управления Красной Армии и Военно-Морского флота, начальника Совинформбюро.
От его мнения зависело многое. Щербаков вспомнил слова Ленина о необходимости единообразного понимания закона для всех.
Он предложил оставить приговор в силе. Берия, Каганович, Молотов и Маленков его поддержали. В заключение выступил Сталин. Ему, наверное, было тяжелее всех. Он помнил о Якове. Своим решением как бы заранее он подписал приговор и сыну.
После того как кабинет вождя покинули члены ПБ, Хрущев остался у Хозяина, и стал ползать на коленях, слёзно умоляя пощадить сына. Сталин был неумолим — он не мог нарушить партийную дисциплину.
Как известно, согласно архивным документам Абвера, обнаруженным в ФРГ, Яков Джугашвили в плену вел себя достойно, но, понимая всю безысходность своего положения, покончил с собой, бросился на колючую проволоку под высоким напряжением.
Хрущев не простил этого Сталину. Ходил слух, что среди своих выдвиженцев он угрожающе изрёк:
«Ленин в свое время отомстил царской семье за брата, а я покажу мертвому Сталину, где живет кузькина мать».
