Свозили же трупы в Катынский лес они явно с дальним прицелом, преследуя троякую цель:
— во-первых, уничтожить следы своих собственных злодеяний;
— во-вторых, свалить свои преступления на Советскую власть;
— в-третьих, увеличить количество энкавэдэшных жертв в могилах Катынского леса.
Судя по тому, как прореагировали наши доморощенные исследователи и следователи катынской трагедии, геббельсовская операция удалась, но удалась временно. Я думаю, росток незакавыченной правды пробьётся к свету, несмотря на толщу временной фальсификации, сварганенной временщиками.
Правду трудно доказывать именно потому, что она не требует доказательств. А ещё не следует во всём уступать. Это столь же важно, как и уметь уступать.
***И наконец, интересный документ найден автором в статье В. Лебедева «Немецкая ставка А. Гитлера под Смоленском 1941–1943 гг.» с архивной ссылкой на АМО, ф.325, оп. 4671, д.32, л.51:
«Из разведдонесения «Алексея»
Разведчица «Смоленская», вернувшаяся с задания, сообщила, что в Гнездово и Красном Бору идет бурное строительство, сооружаются оборонительные рубежи с огневыми точками.
В плохо защищенных местах закопаны танки с круговым радиусом обстрела. Подходы минируются. Работы ведутся саперами в зеленой форме с черными галунами…В лесной чаще… делаются широкие просеки, прокладываются магистрали с бутовым покрытием из щебня. Работа ведется с использованием военнопленных и строителями ТОДТ в куцых грязно желтых шинелях.
Отмечены поляки…
Приняты меры к агентурному наблюдению…».
Получается, что разведчица «Смоленская» четко фиксировала польских военнопленных при строительных работах в районе Катынского леса. Значит, они там были после 1941 года.
«Экскурсии» на катынские могилы
К началу 1943 года совместная операция Геббельса и Гиммлера по созданию «психологической бомбы» для Советов была в основном завершена: соответствующим образом подготовлены могильники, создана «свидетельская база» из числа «очевидцев» трагедии, как из местных жителей, так и из поляков, якобы случайно вырвавшихся из советского плена.
Но надо отметить, что организованные немцами «экскурсии» в ряде случаев не достигали своей цели. Все побывавшие на могилах убеждались в том, что перед ними эпидемия цинизма — самая грубая провокация. После этого оккупанты приступили к широкой агитации в печати и по радио, пытаясь приписать злодеяния НКВД.
