Хозяева Земли

Пожимаю плечами. А от волнения аппетит пропал.

— Он меня спросил про украшение, — шепчет, наклоняясь. — Мол, что мы девушки предпочитаем больше. Я сказала подвеску или серьги. Ты только никому, поняла?

Киваю. Кусок в горле застрял. Мой парень хочет мне что-то подарить?! Советуется?! Почему именно с Машкой, она-то вообще даже без часов ходит, не говоря уже о других аксессуарах.

Подсаживается еще одна сплетница, теска моей сестры, Алина.

— Что у вас с Кириллом, Лерка?!

Краснею. Волнуюсь. Неужели, действительно подарок мне хочет сделать?!

— Хочешь корзиночку? — Предлагает Алина и подает мне на тарелке.

Пожимаю плечами. Пододвигает ближе. Машка вскакивает. К столу еще две девочки с группы подходят. В руках пирожные!!

— Лер, угощайся.

— Бери Лерка, не жалко.

У меня шок. Вскоре стол уже завален пирожными. Каждый подошел и поставил что-то. Странно все это, мысли в голову лезут противоречивые. Девочки разлетаются, как мухи. А я оказываюсь в фокусе смартфонов.

— Лера! Деней оноа морэ? — Говорит Кристина на инопланетном, обращаясь ко мне. Мол, можно с вами сфотографироваться?

Смотрю на нее… на окружающих. Меня снимают на камеры мобильников все, кому не лень. И ржут, как лошади! Хочется сбросить все это добро со стола. Встаю резко, ком в горле поддавливает.

Что им всем сделала?!

Пытаюсь выскользнуть, не дают. Смеются. Гадко так. Хочется сквозь землю провалиться. Прорываюсь к выходу, за мной идут. Кристина что-то кричит в след, я уже не слышу и не слушаю.

Погано. Весь институт смеется надо мной. Весь мир против меня. Это все она, Кристана, тварь такая. Ненавижу, убью. Как же плохо.

Реветь хочется в голос, да чувствую все они где-то тут со своими телефонами. Сижу в туалетной кабинке, нашла в сумочке салфетки давно высохшие уже. Привожу себя в порядок, успокаиваюсь. Покажешь боль, высмеют еще больше.

Вышла, никого. А! Пара началась очередная.

Какие теперь пары! Сорвалась, никому ничего не сказав. Даже старосту не предупредила.

В пятницу, сетуя на плохое самочувствие, тоже осталась дома. В душе моей разрасталось что-то черное, выворачивало мою самооценку наизнанку, резало и рубило ее, рвало в клочья.

Родители с утра на работу умотали, не заметили моей халтуры и хандры. А вечером Алинка спохватилась.

— Лееер?! Ты чего?!

Подалась к сестре, обнялись.