Хозяева Земли

Минут двадцать бежала, пока не мелькнул красный мох! В вечернем свете, как коричневый, но я же смекалистая.

Дядя Гремлен! Помню твои наставления! Спешу туда. Еще издали запах лимона почуяла. Ближе подхожу, уже глаза слезиться начинают. А что, блин, делать?! Жить-то хочется!

Ныряю в эту губку высотой метр, шириной в десять, а глубиной определим позже… Дыхание перехватывает. Через нос что — то кислое прошло, на языке кисло, горло запершило.

Встаю посреди этого куста, чтобы отдышаться. Кашляю.

Неподалеку вижу девочку человеческую! В корзину кусочки мха собирает! Такая миленькая, круглолицая! Лет пятнадцати.

"Плыву к ней через все это красное месиво. Она меня замечает! Встает во весь рот, разворачивается и бежит прочь, корзину бросив.

— Девочка! Стой! — кричу.

— Да не ори, — раздается мужественный голос одновременно со звуком натягивающейся тетивы.

— Не ору, — сглатываю и поворачиваюсь на звук.

Мужчина, не иначе как в кожаных доспехах, экипированный аля средневековый разбойник или следопыт, смотрит на меня длинным лицом с выраженными скулами.

— Давно тут? — спрашивает прицеливаясь.

— В этом мире? Э… в — второй д — день, — дрожу.

— А экипирована, будто год уже, — усмехнулся мужчина. — Врешь?

— Меня эльфы повязали, а потом кто-то напал, из засады стрельнул, погнал мой эскорт, а я с трупиком осталась. Ну и поживилась.

— Оперение какое у стрелы было?

— Которая эльфийку убила, э… коричневое.

— Темные эльфы, — делает выводы мужчина и убирает лук.

С облегчением выдыхаю.

Смотрит изучающе. А у меня глаза от лимонных испарений слезятся.

— Ну — ка выйди, посмотрю на тебя, и без глупостей.

Выхожу. Глаза его загораются. Кокетливо выхожу, бедрами, бедрами…

— Хорошенькая, — говорит с насмешкой. — На хозяйство к нам пойдешь?

— Всяко лучше, чем от жаб и орков бегать.

— Видела орков? — взбодрился мужчина, показалось, что напугался.

— Их белозубки пожрали, — спешу успокоить.

Сглатывает.

— Ты нормальная? — спрашивает настороженно. — Сдай — ка оружие.

Не успела выполнить приказ. Он резко голову в сторону повернул на шум. Девка бежит обратно.

— Орки! Дядь Поль!

— Сколько?! — ревет Поль испуганно.

Встала девка, согнулась, опершись на колени руками, дышит бедняга тяжело.

— А как на счет не орать? — уточняю на всякий случай. Оба впились взглядом, говорящим, что убить готовы.

— Три… — сглатывает девка.