Хозяин Драконьей гряды

 — Говорят, оно идет прямо в Обитель Мрака! Оттуда приходят разные твари, такие ужасные, что любой, кто увидит их, тут же скончается!

— И мы тут живем? — я поежилась. Неподдельный страх этой женщины передался и мне.

— Так супруг ваш и его клан защищают нас от чудовищ.

— Значит, и стражники тоже дарги, — подытожила я.

— Тут вообще одни дарги. Из людей только мы с вами, да ваши служанки. И то скоро уедем.

— Не уедем.

— Как это? — на ее лице отразилось недоумение. — А куда же мы денемся?

— Мы останемся здесь, Гелла.

Идея была внезапной, я даже удивилась, почему она раньше мне в голову не пришла?

Габриэль не на пустом месте возненавидел свою жену! Если верить словам няньки — а врать ей нет смысла — Аврора с ним почти год жила, пока забеременела. Мало ли, какие у них отношения были, но за это время они хорошо узнали друг друга. У Габриэля есть повод для ненависти, я в этом уверена. И сама Аврора его подала!"

"Можно понять мужика, который уже трех жен схоронил. Любил ли он хоть одну из них? Если да, то мне будет тяжелее, чем я представляла.

Сердце его очерствело, душа замкнулась, чтобы не чувствовать боли. Местный народ считает лаэрда проклятым и боится приближаться к замку. Только одно семейство нашлось, что позарилось на его деньги.

Что ж, семью Авроры я тоже понимаю. Не одобряю, но понимаю.

Габриэлю нужен наследник. Им — деньги и титул. Почти равноценный обмен.

И кто знает, может, проклятый лаэрд не хотел сближаться с женой, чтобы потом не страдать? Может, потому и гонит меня, настаивает, чтобы уехала.

И ребенка не хочет показывать по той же причине…

Вспомнились истории, слышанные от родивших подруг. Про женщин, что бросали своих детей и сбегали из роддома. Такие «мамочки» отказывались смотреть на ребенка, чтобы душа потом не болела, сердце не мучилось.

Может, в глубине души Габриэль думает, что так лучше? Лучше для меня?

Но я бы хотела сама это решить.

Глава 4

На ужин подали мясные кексы в сливочном соусе и несколько персиков. Я тоскливо взглянула на них и отвернулась.

Есть очень хотелось, но пища меня смущала.

В подсознании отложилось, как подругам в роддом мужья таскали кефирчики и галеты.

Гелла сжалилась над моим голодным лицом. Притащила кувшин простокваши и целую связку бубликов. Я даже спрашивать не стала, где она их взяла. Просто вгрызлась всеми зубами.

— Вот зачем мучаете себя, госпожа? — неодобрительно вздыхала нянька, наблюдая за мной. — Ведь не даст же этот изверг ребеночка! Вон, у вас даже молока нет. Целитель постарался.