Хозяин Драконьей гряды

Даю подсказку: после захода солнца можешь воспользоваться своим правом на «действие».

Теперь прищурилась я, глядя на нечистика с невольным уважением. Он готов пободаться с химерой? Значит, этот товарищ не так-то прост!

— Я должна все обдумать.

— Обдумывай. Но я бы на твоем месте первым делом открыл проход в спальню мужа.

Последняя фраза Шипа заставила меня покраснеть от досады. Как сама-то не догадалась?! Ведь это стало бы лучшим доказательством, что я изменилась!

По моей просьбе Нуэр нашел двух даргов, и те с готовностью ухватились за дело.

В спальне застучали кирки и кувалды, а я, забрав сына, пошла в библиотеку. Почитать, подышать книжной пылью и подумать. Но мой взгляд неизменно обращался в сторону Башни, торчащей в окне, а сердце сжимала тоска.

Думать, что Габриэль сейчас там, один на один с этой женщиной… Нет, не хотелось.

Я всеми силами пыталась вытравить из себя эти мысли — и не могла. Ревность и страх за него душили меня.

Ну чего я ревную? Шип ведь сказал, что Габ не может мне изменить.

Но «не может» и «не хочет» это разные вещи. А насчет переживаний… Так Габриэль куда посильнее меня. Будет смешно, если я ринусь закрывать его своей грудью от посягательств чудовища. Столько лет «Эмма» трется возле него — и ничего, жив-здоров. Значит, в ее планы не входит его физическое устранение.

Но они там вдвоем, и он позволяет ей то, что недоступно мне. Быть рядом, прикасаться, ловить его взгляд…

* * *В обеденное время девочки послушно ждали меня в столовой. Там же была и Эмма.

Я молча мазнула по ней взглядом, с трудом удерживая на лице маску равнодушия. Улыбнулась и кивнула Райне, потом поцеловала каждую падчерицу в макушку.

Как всегда, Мэй и Би ответили довольными улыбками. Лин застыла на стуле, Иви презрительно скривилась, как бы говоря: ну что за телячьи нежности?

Бросив взгляд на пустое хозяйское место, я села за стол. Заговаривать с Леврон не хотелось, но пришлось.

— Эрла Леврон, — сухо поинтересовалась, — как там мой муж? Вы смогли залечить его раны?

Ну давай, скажи: он так ослаб, что не может спуститься к обеду!

Ответом стала сытая ухмылка:

— Конечно, светлейшая льера.

Наш лаэрд совершенно здоров.

Казалось, Леврон вот-вот облизнется.

Я стиснула в пальцах льняную салфетку. Только бы дети и слуги не заметили мою слабость.

— В таком случае, что ему помешало присоединиться к семье?

— Это решение Его Светлости. Не думаю, что нам с вами стоит его обсуждать."

"Она сознательно уколола меня, указав мое место.