Ведь справится с моими ногами, ему не составит труда.
- Так-то лучше, - заключает он, разглядывая меня похотливым взглядом.
После чего резко склоняется надо мной, и его язык начинает творить невероятные вещи. Сначала ласкает меня в укромном местечке возле шеи, потом переходит к соскам, каждому, уделяя одинаковое внимание. При этом его руки бесстыдно блуждают по моему телу, затрагивая все чувствительные точки.
Сначала это просто поглаживающие движения, потом, одарив меня самым мрачным взглядом, Давид медленно опускает одну свою ладонь мне между ног.
Проводит, по уже влажным складочкам и остается заметно-довольным, моей реакцией.
- Хорошая девочка, - хвалит он, продолжая свои поглаживания.
Я наблюдаю за ним с неким испугом, потому что знаю, что это - конец! Он не остановится! Не оставит меня в покое! Будет всегда, приходить, и брать СВОЁ! Ведь он решил что я, принадлежу ему!
- Открой рот! – приказывает он, не давая мне даже шанса, забыть о себе. И я подчиняю, так как не в лучшем состоянии для еще одного сопротивления.
Приоткрываю слегка губы и его указательный и средний пальцы, медленно проникают мне в рот.
- А теперь соси! – еще один приказ, и я, закрыв глаза, начинаю их посасывать. Для своего же блага!
– Смотри на меня! – рычит, заставляя меня вновь открыть их.
Мне, правда, в этот момент хотелось убить его! Впиться, в эту самодовольную, уверенную, наглую рожу ногтями! Выцарапать глаза! Но в итоге, я, молча, исполняю его приказы, которые приносят ему явное удовольствие, которым он просто вновь, убивал во мне всё моё достоинство.
А самое ужасное то, что я не могла сопротивляться его прикосновениям и ласкам. Моё тело придает меня, как только он затрагивает своими пальцами, мой самый чувствительный комочек нервов. Водит по нему резкими круговыми движениями, заставляя меня, не сдерживать стонов удовольствия, которые вырываются с меня невольно, после полного помутнения рассудка, ведь я уже была на грани оргазма.
- Нет, еще не время, - вдруг врывается в моё подсознание, хриплый голос Давида и я еле сдерживаю недовольное ворчание.
Убить себя, за это мало!
Ничего не могу с собой поделать и, Давид прекрасно об этом знает. Именно этого он и добивался. Ведь я уже готовая для него, в предвкушении, смотрю на него из-под ресниц с мольбой в глазах, как ручная собачонка, на своего хозяина, чтобы выпросить немножко лакомства."
"И он не заставляет себя слишком долго ждать.
