Каждое грёбаное слово — истина.
У меня не было другого выхода. Никакого не было. Я могла только поверить ему на слово, что он не станет меня принуждать…
А уходить… Глупо это. Бессмысленно. По-идиотски. Мне некуда идти, нет денег даже на первое время. Да и едва ли спасут они, деньги эти…
Пропитывая подушку слезами, вспоминала, как, путаясь в свадебном платье, убегала от торговцев и понимала, что не хочу пережить подобное снова. Я не смогу в борделе с клиентами… Уж лучше сразу с моста сигануть.
Безысходность, блин.
Тихо приоткрылась дверь, впуская из коридора слабый свет. Я напряглась и сгруппировалась всем телом, как будто это поможет, реши Бекет меня изнасиловать.
— Мама? — послышался жалобный голосок, а я вскочила, как ошпаренная.
Маринка стояла у двери и тёрла кулачками заплаканные глазки.
— Эй, ты чего? — опустив ноги на пол, протянула ей руки. — Ну-ка, иди сюда.
Девочка подбежала ко мне, ловко вскарабкалась на колени.
— Мне плиснилось, что ты ушла, — всхлипнув, обняла меня за шею, а я почувствовала, как в груди становится тесно и душно.
— Мариш…
— Можно я посплю с тобой?
Будь я какой-нибудь Ниной Степановной, тут же отправила бы ребёнка к отцу, но посмотрела в эти глаза… Эти маленькие бездонные океаны, в которых плещется надежда и любовь, и не смогла.
— Ладно. Полезай под одеяло.
* * *С утра решил зайти к ней, чтобы лично пригласить на завтрак. Возможно, вчера Иван погорячился. Возможно… Хоть угрызений совести по этому поводу и не испытывал. Нечего с ней как с ребёнком, не маленькая.
Пора взрослеть.
Но отношения всё же налаживать нужно. У Бекета наметился чёткий план, и его пора воплощать в жизнь.
Стучать не стал, пусть привыкает. Приоткрыл дверь и шагнул через порог.
Сначала даже не понял, что происходит. Под одеялом лежали два комка, а пол рядом был усыпан блестящими обёртками от конфет.
Подошёл ближе, приподнял одеяло. Маринка спала с пальцем во рту, закинув на Милану ногу, а вторая, свернувшись клубком, тихо сопела, обнимая малышку.
И что-то пошло не так. Программа в голове тут же дала сбой.
Опустил одеяло, почесал затылок. Зачем он вообще пришёл? А, да… Наладить контакт. Вроде как.
— Подъём! — рывком стащил с девчонок одеяло, и Милана вскочила, как ошпаренная. Выпучила на него глаза, побледнела, сразу же после этого покраснела, а потом подтянула колени к груди, прикрывая свои бежевые трусики. Какая же она ещё… Чистая и нетронутая. Первая мысль спрятать от него своё тело. Возбуждает.
