Онлайн-библиотека книг
А Майя продолжала сидеть на кровати в другой гостевой комнате, поджав под себя ноги и обхватив руками хрупкие плечи, словно ей было холодно. Поэтому ничего другого не оставалось, как оставить девушек в покое на эту ночь и пойти в спальню, где сейчас было одиноко и невыносимо.
Глава 10
За всю свою медвежью жизнь Буран помнил только одну такую же тяжелую ночь, когда его душа горела, и невозможно было найти покой - когда погибла жена Грома и его друг, брат и король едва не наложил на себя руки.
Сейчас состояние Бурана было такое же – хотелось убить кого-нибудь от бессилия и боли в груди.
Убил бы, но понимал, что этим делу будет не помочь.
Он так и лежал всю ночь, глядя в потолок и прислушиваясь к тому, как в одной комнате тихо плачет раздавленная Амина, а в другой не спит и переживает грустная Майя.
Молить о сне было бесполезно."
"Никакие боги не смогли бы даровать им всем покой и мир на душе.
В эту ночь и не спал и верный Булат, который в два часа ночи прислал короткое сообщение: «Как обстановка?»
«Всё херово» - так же коротко ответил Буран, и грустно улыбнулся, ведь раньше он и подумать не мог, что сможет встретить среди людей настоящего друга, которого не испугаешь трудностями, болью или даже смертью.
Верные и преданные люди были на вес золота, и медведю достался целый увесистый слиток!
«Прийти?» - снова загорелся экран телефона.
«Да»
Буран не стал накидывать на себя рубашку.
Только нацепил темные очки, зная, что друг хоть и удивиться, но спрашивать про них ничего не будет.
Так и вышел из дома в одних домашних свободных штанах и босиком, чтобы открыть калитку, где его уже ждал Булат. И орешки.
Сейчас это всё, что было нужно.
Плечо верного друга рядом, молчание и орехи, которые мужчины могли грызть часами в тишине и рядом друг с другом.
Они опустились прямо на каменные ступени порога, и Булат отсыпал ему первую горсть орехов, тихо проговорив:
- Нужно немного время. Аминка примет эту ситуацию и успокоится.
Буран только скованно кивнул в ответ.
Он не мог объяснить другу, что уже ничего не изменится.
Что больше он не сможет спать с Аминой и прикасаться к ней, как к женщине, потому что медведь сделал свой выбор, и всё его существо принадлежало только Майе.
Буран не хотел обрекать Аминку на такие страдания - жить рядом с ним и каждый день видеть, как он будет жить другой девушкой, на месте которой когда-то была она.
Нужно было разводиться. И точка.
Других варинтов не было.
