— Да, моя госпожа, — откликнулась Дара. — Я подобрала двух обученных девушек, внешне похожих на седнианку.
— Ты будешь третьей! — императрица разглядывала темную прядь волос своей рабыни. — Неплохо бы осветлить…
— Госпожа! — взмолилась девушка. Она поднялась и села на колени между чуть раздвинутых ног повелительницы. — Неужели вам настолько надоела ваша Дара? Не прогоняйте меня. Это счастье служить вам!
Изумрудный взгляд Намины просканировал девушку. Императрицу не обманули ни покорная поза, ни кроткий взгляд рабыни.
Она прекрасно знала, что Дара слишком честолюбива, чтобы оставаться лишь постельной грелкой, пусть и императорской четы. Саорг был ее шансом возвыситься.
— Я не стану принуждать тебя, дитя, — Намина улыбнулась, заметив, как нахмурилась Дара. Мышь пыталась хитрить с опытной кошкой и этим весьма забавляла зверя. — Если таково твое желание… Что ж, оставайся при мне.
Голова рабыни склонилась чуть ниже, а плечи нервно передернулись. Императрица знала, что Дара сейчас нервно кусает губы и ищет достойный выход из ситуации, в которую угодила по собственной неосторожности.
Намина не собиралась облегчать ей задачу, она просто наслаждалась, удобно откинувшись на мягких подушках.
— Госпожа моя, — плечи девушки расправились, и она подняла голову, вперив в императрицу полный обожания взгляд.
Быстро взяла себя в руки. Намина ликовала в душе, ведь все ее уроки хитрости не прошли даром. Ученица оказалась прилежной и весьма талантливой. Именно такая женщина ей сейчас была нужна, чтобы устранить саорга.
Оставалась, конечно, вероятность предательства, но Дара слишком жадна для этого.
Девушка изобразила легкую улыбку и, грациозно прогнув спину, медленно стала поглаживать ноги императрицы. Ее ладони поднимались все выше, отыскивая самые чувствительные участки на коже Намины.
— Продолжай! — хрипло приказала она. Пусть рабыня сама догадается, к чему относится приказ: к действиям или словам.
— Госпожа моя, — повторила Дара. Слишком томно, через чур эротично прозвучал ее голос.
Намина отметила, что девушка слегка переигрывает, но останавливать не стала. — Моя бесконечно сладкая госпожа…
Рабыня склонилась и дотронулась пухлыми губами до колена императрицы. Шаловливые пальцы Дары поглаживали внутреннюю поверхность раздвинутых бедер, приближаясь к месту, где зарождался чувственный пожар. И плутовка отлично об этом знала. Горячий язык повторил путь ладоней, опаляя кожу Намины. Пожалуй, она даже станет скучать по ласкам своей игрушки.
