Только Намина полностью разделяла его страсть, только Намина отдавалась ему вся, без остатка, горела вместе с ним и, как вторая половинка, соединялась в одно целое, даря наивысшее наслаждение.
Как же быстро она возбуждалась! Ее желание всегда было велико. Несколько знакомых, резких движений пальцев внутри податливого тела, и женщина задрожала. Крик наслаждения, отражаясь от гладких стен, еще долго звучал под сводами императорского кабинета.
— О, Невелус! — обессилено простонала женщина, но император знал, что она играет и ее сил хватит еще не на один раунд.
— Ляг на стол, жена моя! — хрипло приказал Невелус, не извлекая пальцев из влажных глубин.
Намина облокотилась великолепной грудью о суконную столешницу. Рука Невелуса дрогнула, и очередной стон сорвался с губ Намины. Только она могла быть такой искушенной и порочной в спальне, оставаясь настоящей императрицей на глазах у придворных.
— Прогни спину! — Невелус больше не мог ждать, спешно расстегивая ширинку.
Упругая, пышная попка призывно потерлась об освобожденный член императора.
Он знал, чего жаждет его супруга. Намина знала толк в порочных удовольствиях, и ему это нравилось. Не для кого он не был так тверд. Невелус двинул пальцы внутри женщины, а большим надавил на бугорок наслаждения.
— Пожалуйста… — прошептала Намина, еще шире разведя ноги, но тут же вскрикнула, когда хлесткий удар обжег нежную кожу попки.
— Пожалуйста, что? — прошипел Невелус, проводя членом по ложбинке между ягодицами.
— Пожалуйста, трахни меня! — и новый удар обрушился на аппетитные полушария, заставив женщину взвизгнуть.
— Ответ неправильный, Намина! Вторая попытка!
— Трахни меня в зад, мой император! — закричала она, практически задыхаясь под навалившимся на нее Невелусом.
— Хорррошая девочка! — хмыкнул мужчина, направляя член к незанятой пальцами тесной глубине."
"Одним толчком он вошел весь, наслаждаясь дивным зрелищем. Намина судорожно всхлипнула и почти захныкала, подавшись навстречу супругу. Невелус не торопился и женщине это очень не понравилось.
Ему нравилась ее ярость в такие минуты, и он специально тянул время. Как только жена пыталась насадиться сама, император тут же отстранялся, погружаясь медленно и неглубоко.
— Двигайся, бездна тебя побери! Или я, клянусь, убью тебя! — зарычала Намина, сорвав остатки самообладания мужа.
Прижав женщину к столешнице, Невелус врезался в нее глубоко и часто до тех пор, пока она не задрожала, выкрикивая его имя.
