Он нанимался в любое место, где обещали хоть сколько-нибудь заплатить. Просто желающих заработать с каждым днем становилось все больше, а мест, где платили — все меньше.
Климатические изменения, непомерные налоги, голод, разруха, эпидемии различных болезней довели народ практически до отчаянья. Седна, милая спокойная Седна из зеленого сада превратилась в грязное пристанище обездоленных, обозленных людей, способных на все, ради того, чтобы выжить любой ценой. Иногда эта цена была непомерно высока. Матери продавали своих детей, отцы отдавали дочерей в публичные дома, семьи продавали своих родственников в рабство.
И все это для того, чтобы хоть кто-то смог выжить.
Порой, Диана зажмуривалась и представляла, что весь этот кошмар всего лишь сон, страшный сон и, стоит ей открыть глаза, все станет по-старому. Будут яркие ткани, ласковые улыбки родителей и Лиан… снова поцелует ее и скажет, что она самая красивая девушка на планете. Дети, как могли пытались помочь родителю, но Денни был еще слишком мал, а единственная работа, которая предлагалась молодым девушкам — торговля телом.
Диана заплатила бы и эту цену, но отец, невзирая на все тяготы и лишения, запрещал ей и думать об этом.
— Но почему, папа? — спрашивала она, кутаясь в неприметное серое платье и ветхий платок скрывающий половину лица. Эти вещи родитель раздобыл в первую очередь и приказал ей носить не снимая, чтобы ни в коем случае не привлечь мужское внимание.
— Почему? — отзывался отец. — Потому что честь, Диана, это последнее, что у тебя осталось.
У меня осталась лишь жизнь, и я готов ее отдать за вас. А вот когда меня не станет, твоя честь будет единственным товаром способным прокормить тебя и Денни. Смотри не продешеви и не забывай о брате.
Диана кивала, плакала, обещала, прижимая к себе напуганного Денни. Не в ее силах было что-либо изменить. А через два дня отец не вернулся. Он нанялся разнорабочим в карьер, где добывали соргис — руду, из которой делали различные сплавы для космических кораблей. Только спустя неделю кто-то из странных соседей по дешевому бараку обмолвился об обвале и гибели сотни рабочих.
Надежда на возвращение отца угасла.
— Он умер? — шепотом спросил Денни.
— Да, мой хороший. Папа теперь в лучшем мире с мамой и сестренкой. — Диана не плакала, нет. Это просто слезы сами катились по щекам.
— Мы теперь тоже умрем? — продолжал тихо спрашивать брат.
— С чего ты взял? — от такого простого вопроса у нее даже высохли щеки.
— Папы нет и больше некому заработать нам на еду.
