Хозяин моей жизни

Неужели ему меня жаль? Нет, ему плевать на меня, и после вчерашнего я точно в этом убедилась, когда этот зверь обрезал мои волосы практически до корней.

Сглатываю, обхватывая себя руками. Леший достает из шкафа еще одни брюки и быстро их надевает, застегивает ремень. Я же сижу как дура в его огромной для меня одежде и соплю от злости и распирающего меня негодования.

Блин, там же были шмотки, просто на верхних полках я со своим не особо высоким ростом их не заметила. Надо же быть такой идиоткой, просто жесть.

Становится не по себе.

Леший отходит к окну и больше даже не смотрит в мою сторону. Совсем, хотя еще минуту назад я едва не пробила дыру в его бритой башке.

О чем он думает, чего хочет… Я не знаю.

У меня жутко урчит живот, поет просто дифирамбы. Я адски хочу есть и пить, но как я попрошу его? Как я унижусь до такого?

Леший открывает окно настежь, жадно закуривает, стряхивая пепел в пиалу на подоконнике.

Я же смотрю на его широкую спину, сильные ноги в брюках, ягодицы. Красивый он все же, мышцы так и бугрятся, высокий, сильный.

Он берет телефон, набирая кому-то, а я подползаю ближе на край кровати, прислушиваюсь к нему.

– Алик, привезу крысу через час. Да, наигрался. Сам ее воспитывай, – строго басит Леший, а я прихожу в ужас от услышанного.

О нет-нет-нет. Он решил отдать меня раньше… Алику.

Глава 11

– Собирайся.

– Куда?

– Твои выкрутасы мне надоели. Я хотел послушную девочку, ты и близко не такая. Вставай. К пацанам поедешь.

– Что? Что ты говоришь… ты же себе меня забрал, – отвечаю одними губами, стараясь унять бешеное сердце.

Да, Леший жестокий ублюдок, но те, другие, – они же места живого на мне не оставят.

– Я передумал, – подходит и басит своим низким голосом, а я в стену вжимаюсь. Черт, черт, черт! Что я наделала? Я его вывела, и, похоже, Леший не намерен меня больше укрывать у себя.

Укрывать. Так сказала, словно он меня защищает, тогда как Саня меня мучает, ведь так? Я не знаю, я уже совсем запуталась.

Опускаю голову. Что мне ему сказать, чего я заслуживаю?"

"Леший меня даже за человека не воспринимает, не зовет по имени.

Я просто кукла для него. Безвольная предательница, которую он может ломать сам, а может отдать на потеху своим дружкам. Уже отдал, точнее.

– Иди на кухню, – Кивает, и я шлепаю за ним на деревянных ногах, стараясь не свалиться от головокружения.

Сегодня что-то хуже стало. Не так болит в боку, но я совсем ослабла, и меня тошнит от голодухи.

– Сядь.

Делаю, как велит, медленно опускаюсь на стул.