Онлайн-библиотека книг
— Зато он из высшей знати и очень богатый, — не сдавала позиции госпожа Феона. — Целым островом владеет.
— У нас дети родятся ур-о-о-о-дами…
— Рано еще о детях думать!
— Он с проклятого м-е-е-е-ста…
— И что? — вытирала слезы дочери баронесса Олдем. — Никто на острове не был, а пойти против указа короля мы не можем.
Я старательно держалась в тени, но, когда Гортензия бросилась вон из комнаты, а мать и сестра побежали ее успокаивать, тоже подкралась к портрету.
В картине, на первый взгляд, было все так, как говорила кузина, но, если приглядеться…
Я повернула рамку к окну и вздрогнула: мужчина, изображенный на портрете, стоял, широко расставив ноги.
И его взгляд проник до глубины души, парализовал мысли и эмоции, разбудил неведомые чувства и тревоги. Я не разглядела его лица, оно будто расплылось, покрылось дымкой, зато эти глаза цвета антрацита потрясли, всколыхнули душу и отозвались где-то внутри колокольчиками.
Я вздрогнула, зябко повела плечами и отвернулась. Что это было? Гипноз? Но простой холст не может обладать магической силой.
Или может?
Черт! Опасный тип.
От такого хотелось держаться подальше. От него так и веяло неукротимой энергией, силой и магией.
А секундой позже догнало озарение: с его лицом что-то не так. Оно странное, похоже на… маску или…
Я схватилась за рамку, чтобы лучше рассмотреть детали, но где-то рядом стукнула дверь. Я вернула портрет на место, но спрятаться за штору не успела.
— Вот ты где, поганка!
Пронзительный крик тетушки пробрал до печенки. Я поморщилась и медленно повернулась. В первые дни своего попаданства я яростно спорила с ней, за что получала кнутом по спине и пятой точке — баронесса Олдем была скора на расправу. Сейчас уже привыкла и научилась хитрить.
— Доброе утро, тетушка,— я скромно опустила взгляд и сделала книксен.
— Марш одеваться! Опозорить меня решила, негодяйка? Разгуливаешь по дому босая и в исподнем.
— Услышала крики, вот…
— Огрызаться будешь?
Тетка подлетела ко мне и замахнулась коротким кнутом, которым потчевала слуг. Несмотря на пышные формы, она двигалась легко и свободно.
— Простите.
Я бочком обогнула ее и припустила к двери.
— Опять госпожа бушует? — спросил старик Тимон. — Ты бы осторожнее с нею, Лили.
— А, переживу!
Я махнула и вприпрыжку понеслась к лестнице.
Однако, несмотря на истерики Гортензии, сватов баронесса Феона не отменила.
