Хозяин острова Туманов

Я вернулась в каюту и без сил упала на кровать.

Голова раскалывалась от боли, отчаяние сводило с ума, мысли мои были в полном беспорядке. Только вчера я решила, что у меня появилась надежда, как идиотка-судьба показала мне свой тощий зад.

— Будь ты проклята! — закричала я и потрясла кулаком в потолок. — Что б тебя там, наверху, твои боги хорошенько встряхнули и шмякнули так, чтобы мозги выскочили, если они у тебя вообще есть!

Выплеснув ярость на невидимую судьбу, я наконец-то выдохнула. От качки постоянные приступы тошноты накатывали волнами.

Лучше всего было бы не шевелиться. Но, как только я замирала, сразу скопом наваливались мысли.

Лучше размышлять, чем предаваться унынию и ждать неминуемой гибели. Я стиснула зубы, переборов очередной приступ, и напрягла мозги.

Раз разразилась такая буря на пустом месте, значит, остров рядом. Это непреложный факт. То-то вчера ворон в клетках стало намного меньше.

А куда делась команда? Она должна была сейчас бороться со штормом, но никого не слышно.

Все спрятались, как я?

Погибли?

Или просто бросили меня?

Я вскочила и в панике побежала к палубе.

Мне срочно нужна была информация. Лежать и предаваться унынию в тот момент, когда мир вокруг будто сошел с ума, я просто не могла.

В миг затишья между порывами урагана мне удалось проскочить к рубке. Я влетела внутрь и захлопнула за собой дверь. Здесь было пусто, ни рулевого, ни капитана, ни матросов. Штурвал крутился сам по себе, стрелка корабельного компаса вращалась ка безумная.

Я на корабле-призраке?

От этой мысль озноб охватил все тело.

Мокрая, замёрзшая, я еще больше затряслась от ужаса.

Куда исчезла команда, по-прежнему оставалось загадкой.

Но рулевая рубка находилась над палубой, в окна я могла видеть происходящее вокруг.

Картина, открывшаяся моим глазам, была ужасной: бурлящая вода поднималась горою и без передышки обрушивалась на корабль, мокрая палуба ходила ходуном. Все вокруг скрипело и, казалось, вот-вот треснет, словно яичная скорлупа. Особенно пугал бьющийся на ветру парус.

От каждого удара я вздрагивала и сжималась, ожидая, что следующий будет последним, и с ужасом смотрела на взбесившуюся стихию.

Я попыталась вцепиться в штурвал, но не смогла даже ухватиться за него. Тогда села на пол, нашла железные ручки и держалась за них. Вернуться к себе в каюту и оставаться там одной не было никакой возможности: когда я выбиралась, на ее полу уже по колено плескалась вода.

— Русалка, умоляю, — из моего горла вырывался первый отчаянный всхлип.